Тот, кто приходит из зеркала

– Ты не та, – сказала фермерша, – но ты больше подходишь на эту роль, чем кто бы то ни было.

И тут я поняла, что они действительно так считают, и мне стало так страшно, что я закричала:

– Я не та! Да поймите же вы наконец! Я не та, кто для этого нужен!

На мгновение в кухне повисла тишина, а затем мальчик заиграл на губной гармошке.

Я узнала мелодию.

– Кто сказал, что из не того, кто нужен, не может получиться тот, кто нужен? – спросил фермер и посмотрел мне в глаза. – Если этот человек и правда попытается?

– Та, которая нужна, – пробормотала я – и вдруг поняла, что так оно и есть. Всё остальное в Стране-по-ту-сторону они уже перепробовали. Большой надежды на то, что я одолею Деспота, нет, но если я не рискну – значит, мы проиграли уже сейчас.

Раджун играл на губной гармошке, в плите потрескивал огонь, и в кухне было тепло и уютно. И если бы я осталась там, я бы всегда думала о том, как всё могло бы сложиться. Если бы я осталась, я бы думала о том же, о чём постоянно думал фермер: я не сделала того, что могла сделать.

– Может быть, – прошептала я. – Если вы думаете, что мне это по силам.

– Мы думаем, что это не по силам никому, кроме тебя, – сказал фермер, и его жена обняла меня за плечи.

– Ты очень отважная, Храбрая Воительница, – сказала она.

– Если вы думаете, что мне это по силам, – повторила я.

Я знала, что могу погибнуть, но всё равно собиралась рискнуть. Не та может стать той, если просто попытается.

Я думала и о том, что в противном случае никогда-никогда больше не увижу, стоит ли перед светофором серый грузовик.

И от этого у меня сжалось сердце.





24

Прощание





Ровно в тот момент, когда я подумала, как это ужасно – снова отправиться в путь и остаться совершенно одной, с одним попутчиком-кроликом, Раджун опустил губную гармошку.

– Я пойду с тобой! – заявил он. – Вдвоём мы сильнее. А может быть, и умнее и храбрее. Возможно, вдвоём мы быстрее найдём способ победить Дикого. Я пойду с тобой.

Фермер смотрел на него, вытаращив глаза.

– Ты ещё ребёнок! – вскричал он. – Ты мой сын, и я тебе запрещаю! Неужели ты не понимаешь, как это опасно?!

– Она тоже ещё ребёнок, – тихо промолвила фермерша.

– Но в пророчестве ни слова не сказано о спутнике! – продолжал кричать фермер. – Хочешь нарушить предсказание?!

– Пророчество ничего не говорит и о ней, – сказала фермерша, подошла к нему и обняла, потому что все мы видели, как сильно он напуган.

Фермер застонал от ужаса и закрыл лицо руками.

– Как я могу отпустить родного сына?! – прошептал он. – Как могу допустить, чтобы мой ребёнок сразился с Диким?!

Фермерша молчала, но я знала, о чём она думает. И фермер озвучил её мысли.

Он отнял руки от лица и сжал ладонь жены.

– Я в очередной раз попытался нас защитить, – сказал он и посмотрел на Раджуна. – Я опять не сделал того, что мог сделать, и не позволил случиться тому, что должно было случиться. Но это не помогло, а только принесло в нашу семью горе и отчаяние. – Он едва заметно улыбнулся. – Укрыться от злодея мы не можем, это правда. Уйдёшь ты или останешься – он настигнет тебя в любой момент, когда ему будет угодно. Поэтому отправляйся с ней, сын, – если хочешь, отправляйся с ней.

Я видела, как по его щекам текут слёзы, но как бы мне ни было страшно, я испытывала радость. Ничего не изменилось, и мне по-прежнему предстояло сразиться с Диким, но теперь я была не одна.

– Однако несколько дней вы ещё поживёте здесь! – заявила фермерша. – Дитя должно оправиться от лихорадки, а ты расскажи им всё, что рассказал бы Храброму Воину. А мы в эти дни постараемся как можно реже вспоминать о злодее. – И она подошла к плите, чтобы приготовить еду, а Раджун заиграл на губной гармошке. И хотя последующие несколько дней мы знали, что нам придётся уйти, и знали, что нас ждёт, это время было наполнено светлой радостью.

Солнце освещало Ферму-на-краю, её луга и стойла, и я помогала кормить скот и вспомнила, как сильно мне всегда хотелось провести каникулы с мамой на ферме, что было не так уж и дорого.

Вспомнив об этом, я поспешила взять щётку и стала вычёсывать большую коричневую лошадь, отгоняя эти мысли прочь. Я больше никогда не вернусь к маме – если только смогу побороть Деспота и найду зеркало.


Однажды вечером, ещё до наступления сумерек, фермер подозвал нас к столу.

– Время пришло, – объявил он. – Анна окрепла, и если вы задержитесь здесь ещё, легче от этого не станет. Вы готовы выступить в поход сегодня ночью?

Я повернулась посмотреть на Раджуна и увидела, что он испуган не меньше моего; но всё-таки я была рада, что у нас больше не будет времени на раздумья.

– Если ты считаешь, что сейчас наилучший момент, – сказала я. Дикий мог настичь нас в любом месте, где бы мы ни находились, но мне всё равно было страшно до ужаса.

– Тогда я скажу вам, где его искать, – произнёс фермер. – Я расскажу вам всё, что собирался рассказать Храброму Воину. Потому что Храбрые Воины – это вы.

Мы кивнули и подсели к нему за стол.

– Выступайте после того, как стемнеет, – сказал фермер, – чтобы укрыться от его головорезов. Выступайте ночью, когда прохладно. Потому что перед вами лежит Бескрайняя Пустыня, где безжалостная жара и нещадно палит солнце, а дарующей прохладу тени там нет. Идите через пустыню ночью и берите с собой воду в кувшинах: ведь вплоть до Бурной Реки вы не встретите ни одного источника, а без воды в пустыне не протянете и дня.

– Тогда мы будем идти по ночам, – сказала я.

– Мрак вас прикроет, – кивнул фермер, – но помните: на что бы вы ни наткнулись – на камень или воду, растение или животное, – всё это его создания. Покинув ферму, больше не рассчитывайте ни на чью помощь. Отныне вы в его стране совершенно одни, и кроме друг друга у вас никого нет.

– А ещё у вас есть я, – произнёс кролик и деликатно откашлялся. В последние дни он чаще всего сидел на солнышке и ел, после чего ложился в тень и дремал. – Позвольте вам напомнить: помимо друг друга у вас есть я. Не забывайте об этом.

Раджун рассмеялся:

– Зачем тебе идти с нами? Здесь гораздо спокойнее. Ты правда думаешь, что можешь нам помочь?

Вид у кролика сделался слегка обиженный, но я знала, что он ответит, хотя ответом он нас так и не удостоил.

– Я буду рада, если ты пойдёшь с нами, – сказала я, и фермер вздохнул.

– Тем бережнее вам нужно обходиться с водой, – заметил он. – А теперь слушайте дальше. По границе пустыни проходит Бурная Река. Говорят, она неширокая, но течение в ней совершенно безумное, и второй такой бурной реки нет. Её воды такие стремительные, что пересечь её ещё никому не удавалось. А вам придётся перебраться на другой берег.

– Нам нужно на другой берег? – спросила я. – Хотя ещё никому не удавалось пересечь эту реку?

Фермер кивнул:

– Считается, что там есть какой-то переход. Но никто не знает, как он выглядит и где находится. Возможно, это мост. Вам предстоит его отыскать.

– Значит, всё не так уж сложно, – успокоилась я. – Мосты находить легко – их видно издалека. А если есть мост, то река может быть какой угодно бурной.

Фермер покачал головой.

– Сами увидите, – сказал он. – Только вряд ли это окажется так… – он не договорил. – Ну да ладно. Когда вам удастся перебраться на тот берег, для вас наступят более спокойные времена. Говорят, что Прелестный Край Блуждающих Дорог так прекрасен, что у странника захватывает дух. Там тепло и уютно, из источников бьёт свежая вода, а ветви кустов склоняются под тяжестью ягод. Но что ещё важнее: там ни разу не было замечено ни одного головореза.

– Там нет головорезов? – удивилась я. – И кругом красота, и вдоволь пищи и воды? Почему?

Фермер пожал плечами:

– Так рассказывают люди. Кто пересёк Бурную Реку, тому опасность больше не грозит.

– А потом? – спросил Раджун. – Что будет потом?

– По ту сторону находятся Зловещие Горы, – продолжал фермер, и мне почудилось, будто моей кожи коснулся холодный ветерок. – Они отбрасывают длинные тени на зелёные холмы Прелестного Края. И там в своём мрачном замке живёт Дикий Деспот.

– Зловещие Горы, – повторил Раджун, но его слова заглушили завывания бури.

– А как мы проникнем в его замок? – спросила я. – После того как отдохнём в Прелестном Краю?

– Не будь такой легкомысленной! – в ужасе вскричал фермер. – В Прелестном Краю наверняка хватает опасностей, а то, что мы о них ничего не знаем, возможно, делает их ещё более ужасными.

– Не нагоняй на детей страху, – одёрнула его жена и поставила на стол мою корзинку. – Вот вам припасы на дорожку: свежая вода и хлеб. Корзинка не тяжёлая, и вы сможете нести её вместе; надеюсь, этой воды вам хватит, чтобы добраться до Бурной Реки и не умереть от жажды.

– А как же мы попадём в замок? – снова спросила я у фермера, забыв поблагодарить его жену. Одной рукой она обняла Раджуна за плечи, как будто желая защитить своего сына; а я не хотела чувствовать, до какой степени я одинока.

– Насколько мне известно, в его замке семь башен, – сказал фермер. – В одной из них вы найдёте ворота. Но у кого находится ключ и кто вам его даст – этого я вам сказать не могу.

Я уставилась на него.

– Так как же всё-таки мы попадём в замок?! – вскричала я. – После того как преодолеем все преграды – пройдём по Бескрайней Пустыне, не умерев от жажды, пересечём Бурную Реку, не утонув, и, наконец, минуем Прелестный Край? Для чего мы будем всё это делать? Чтобы в конце оказаться перед запертыми воротами?!

Фермер беспомощно пожал плечами.

– Этого я и Храброму Воину не мог бы сказать, – устало произнёс он. – Я знаю только, что есть ключ, который нужно найти.

– Храброму Воину помогло бы пророчество! – воскликнула я. – Благодаря ему он нашёл бы ключ! А кто поможет нам?

Фермерша погладила меня по щеке, а затем обняла за плечи.