Твое сердце будет моим

 * * * 

1

Четверг

Первое февраля


День святого Валентина. Фу. Терпеть не могу этот праздник.

Я разглядываю бумажные сердечки, которыми Шарлотта украсила нашу комнату, а про себя закатываю глаза. Обе мои соседки, и Сиенна, и Шарлотта, просто обожают День святого Валентина.

До того момента, как весь факультет средств массовой информации взорвется милотой, фотками пар и признаниями, еще целых четырнадцать дней, а меня уже поглотил водоворот красно-розового самодельного тематического барахла.

Просто тошнит от всего этого.

Студенты театрального факультета каждый год делают постановку на тему святого Валентина. Вот только они позволяют себе всякие драматические вольности, и в их интерпретации эта история выглядит сексуально и кроваво. В прошлом году постановка получилась просто огонь, а в этот раз обещают еще лучше.

А потом должно быть афтепати.

Мы с Шарлоттой, Чейсом, Сонни и Айзеком валяемся на диванах в гостиной; ждем, когда Сиенна наконец соберется и можно будет идти. Комната небольшая, и всем вместе в ней тесновато.

— Сделай погромче, Лайла! — требует Сонни.

Сонни из Лондона. Разговаривает прямо как один из гангстеров — близнецов Крэй[1], хотя на самом деле он слишком добрый, чтобы быть гангстером.

Я встаю, отвешиваю притворный поклон и подкручиваю громкость на колонках, подключенных к айфону Сонни. Оглушительно громкий трек «Я буду скучать по тебе» в исполнении Пафф Дэдди наполняет комнату.

Сонни — самый старший в нашей компании, поэтому он уверен, что может командовать остальными — ну прямо как ребенок. Вообще-то он хороший парень, просто, как мне кажется, в детстве ему не слишком часто говорили слово «нет».

Он не обращает внимания на мой поклон — зависает в айфоне, наверняка строит планы на сегодняшний вечер.

Чейс учится на факультете СМИ, как и я. Он ухмыляется мне, и я показываю ему язык. Мы познакомились в первый же день в колледже, оба потерялись на территории университетского городка, и оба делали вид, что знаем, куда нужно идти. С тех пор мы провели вместе несчетное количество времени, просматривая фильмы, работая над учебными проектами и всячески развлекаясь. Не считая Сиенны, Чейс — мой лучший друг. Я влюбилась в него вскоре после знакомства. Ну как вскоре — минуты через три после встречи, наверное. Но он вряд ли испытывает ко мне что-то такое, скорее, относится как к своему парню. Правда, в последнее время Чейс стал все чаще и чаще искать повод, чтобы остаться со мной наедине. Точнее, мне так кажется.

В дверном проеме возникает Сиенна.

— Лайла, ну как? То, что надо? — спрашивает она и проводит сверху вниз ладонями по своему телу, обтянутому кроваво-красным платьем.

— Нет, просто чудовищно, — отвечаю я, иронически вздернув бровь.

Она выглядит круто и сама прекрасно это знает.

Сиенна — реально красотка. Родилась она в Корее, а в Великобританию ее семья переехала, когда Сиенне было всего два года. Волосы у нее до неприличия гладкие и блестящие. Уж она точно не затерялась бы на подиуме, несмотря на маленький рост.

— Ой, все. Сегодня — наш с Натаном вечер! Я заставлю его влюбиться в меня, даже если это будет последним, что я сделаю!

Ну конечно, до Дня святого Валентина осталось всего две недели! Нужно срочно найти себе пару. Кстати, Чейс вроде нормально относится к этому празднику. Может, он меня еще удивит… Ну а если Чейс мне признается, я перестану ненавидеть День святого Валентина.

— Си, детка, ты, главное, не сдавайся сразу. — Айзек обнимает ее за плечи. — Пусть попотеет.

Айзек, наш отважный дурачок.

Черные глаза Сиенны темнеют еще больше.

— Большое спасибо за совет, — отвечает она с убийственным сарказмом, бросая на Айзека не менее убийственный взгляд.

Айзек тут же отступает, приглаживая назад свои короткие темные волосы.

— Я просто хотел помочь, — замечает он.

Шарлотта с интересом наблюдает за нами. Она — жуткая тихоня, оказалась нашей соседкой совершенно случайно. Конечно, за пять месяцев под одной крышей мы все успели стать друзьями, но она все равно всегда держится чуть в стороне и часто остается дома в тишине и покое, вместо того чтобы пойти с нами тусить.

— Ты как, Шарлотта? — спрашивает Чейс, поймав ее внимательный взгляд.

— Я, наверное, сегодня никуда, — отзывается она. — Судя по тому, что вы говорите, это… не совсем мое.

На Шарлотте длинная джинсовая юбка и коралловая футболка. Белокурые волосы стянуты на затылке в высокий хвост. Она совсем не похожа на тусовщицу, но все-таки я знаю, что ей это нравится, — убеждаюсь в этом каждый раз, когда нам удается ее вытащить.

— Ну вот еще! — заявляю я, откидываясь на подушки. — Ты идешь с нами.

— Ну да, я сама говорила, что хочу больше участвовать в университетской жизни. Опыт и все такое. — Она наклоняется вперед. — Но не уверена, что пьеса о мученике имеет к этому какое-то отношение.


— Мы же не только на пьесу идем. Потом будет афтепати.

— Ну теперь я точно уверена, что не хочу идти.

— А чем же ты занималась до того, как Лайла тебя удочерила, а, Шарлотта? Сидела дома и играла в шахматы сама с собой? — спрашивает Сонни, посмеиваясь над своей же шуткой.

Я стискиваю зубы.

— А давай ты не будешь таким гаденышем, а, Сонни, — говорит Чейс, хлопнув Сонни по груди.

Шарлотта опускает голову, стараясь не смотреть на Сонни. Я, наоборот, смотрю на него в упор. Тот вздыхает.

— Ладно, я перегнул палку. Шарли, прости.

Шарлотта кивает, но что-то я сомневаюсь, что она его простила. Я бы точно не простила.

— Слушайте, давайте уже пойдем? Пора поразвлечься, — говорит Сонни. — Мы тут все одинокие птицы, и к тому же, — он бросает на меня выразительный взгляд, — все, ну или почти все, уважаем День святого Валентина. Никому не хочется остаться в одиночестве, а значит, охота будет удачной!

У него и правда не бывает проблем с «птичками», но, если бы девушки из нашего студенческого городка слышали, что он иногда несет, вряд ли Сонни пользовался бы у них таким успехом.

Шарлотта поднимает голову и кивает:

— Ладно… проехали.

Сонни смотрит на меня:

— Лайла?

Пожимаю плечами. У меня не выходит простить его так же быстро.

— Я не против.

А еще я не против, чтобы Чейс наконец-то понял, что любит меня. Впрочем, хорошая вечеринка и правда может немного оживить это время года.

— Кстати, Лайла, постарайся в этом году не разбивать никому сердечко, — поддразнивает Айзек.

Ну вот снова-здорово.

— Хватит, никому я ничего не разбивала! — обрываю его я.

— Ну конечно! А то никто не знает, что Джейк выпилился из универа, потому что ты его отвергла.

Джейк был в нашей компании, пока в прошлом году не полез ко мне целоваться прямо перед моим отъездом домой. Я собиралась провести День святого Валентина вместе со своим братом Райли, чтобы отметить годовщину смерти родителей. Джейк знал, что я не в себе, но все равно решил, что это подходящий момент для поцелуев. Только я так почему-то не думала. Оттолкнула его и велела убираться к черту.

Сейчас я понимаю, что могла бы как-нибудь потактичнее намекнуть ему, что он мне не нравится, но тогда мне было не до вежливости. Я была взвинчена и натянута, как струна. Мне было страшно ехать домой, казалось — да и сейчас так кажется, — что дом все еще помнит их. Ну а Джейк мог бы выбрать другой момент, чтобы получить свою оплеуху.

— Джейк ушел не из-за меня. Он отчислился через пять месяцев после того случая.

— Ну да, потому что так и не смог тебя забыть, — вставляет Сонни и подмигивает мне.

Чейс поднимается на ноги.

— Все, парни, замяли эту тему.

Иногда мне кажется, что у Чейса в нашей компании есть своя особая задача — осаждать остальных, когда они забываются и начинают меня задирать. Вообще-то я вполне способна постоять за себя, но когда они затронули тему Джейка… спасибо, Чейс.

— Старик, мы же просто прикалываемся, — говорит Сонни.

В этот момент раздается звонок в дверь — так неожиданно, что я подскакиваю.

— Давайте поспорим, кто пришел, — говорит Чейс.

— Это одна из бывших подружек Сонни, которая просто не желает смириться со словом «нет», — сразу предлагаю вариант я.

Сиенна смеется:

— А мне кажется, там девчонка, которая бегает за Айзеком, как собачонка. Она реально «того».

— Не-а, — мгновенно реагирует Айзек. — Я абсолютно уверен, что там Нора! Опять пришла напрашиваться к Лайле в подружки.

Я уже на ходу раздраженно закатываю глаза. Нора живет в доме через дорогу. Вполне симпатичная девушка, мы несколько раз делали вместе домашку, но она без конца пытается затесаться в нашу компанию и стать моей лучшей подругой. Не то чтобы она мне не нравится, просто у нас совершенно ничего общего, не считая учебы.

Я открываю входную дверь. На крыльце никого нет.

— Народ, нас разыграли! — кричу я.