Твоими молитвами

— И все? Больше ключей ни у кого нет?

Савостин задумался.

— Не думаю, — наконец ответил он. — Это же серьезная вещь — ключ от сейфа. Только у начальства.

— А по документам?

— По каким таким документам? — усмехнулся Андрей. — Этому железному ящику сто тысяч лет. Если и были на него бумаги, то их уже мыши съели, а мы с тобой в то время даже на свет не родились.

— Возможно, кто-то владеет третьим ключом от сейфа, а вы, наивные, думали, что только у вас есть возможность его открыть. Миша говорил, что он тут начальником всего год работает, верно?

— Плюс-минус месяц, — уклончиво ответил Савостин.

— Надо аккуратно поговорить с теми, кто тут работает дольше него, — подсказала я.

Андрей сделал круглые глаза.

— Да у нас таким каждый второй может оказаться.

— Но не каждый прячет запасной ключ. И не факт, что владелец третьего ключа и есть тот, кто подбросил твоему другу пистолет и что-то там еще. Истинный злодей мог воспользоваться его доверием или рассеянностью. Все не так просто.

— Там еще был порошок белого цвета, — напомнил Андрей. — Маленький пакетик. В такие кладут запасные пуговицы от какой-нибудь шмотки, а потом пришивают его к этой самой шмотке с внутренней стороны.

— Андрей, мне это ни о чем не говорит. Я не видела, что было в этом пакете.

Савостин спрыгнул с края стола, на котором сидел до этого момента. Засунул руки в карманы и подошел к окну.

— А ты все-таки профи, Женька, — ухмыльнулся он. — Вон как с ходу начала: перчатки, лупа…

— Я людей охраняю, — напомнила я ему, — а не провожу расследования. Бывает, что клиент просит меня осмотреть помещение до того, как он туда войдет. Моя задача — не упустить того, что может быть скрыто от посторонних глаз. И, конечно, я знаю некоторые места, где может таиться угроза. Я не смогу навскидку определить, отравлена ли вода в графине, но попытаюсь обнаружить подслушивающее устройство, вшитое в обивку кресла или спрятанное под корешком книги. Человек подбросил Мише очень серьезные улики: оружие и нечто, что можно принять за наркотики. А это уже статья, и не одна. Малахов не пропал. Уверена, что он жив и здоров, но сильно напуган. Думаю, что тот, кто это сделал, сильно на него обижен. Знать бы только за что.

Савостин отвернулся от окна, подошел ближе.

— Насчет обид. Пока ты ехала, меня вызвали «на ковер», — тихо сказал он. — Мишка срочно потребовался руководству. А у нас «наверху» такие сволочи сидят, знаешь ли… Дозвониться ему я не смог. Разводить руками и удивляться его отсутствию — тоже. Порицать его прогул, изображая добросовестного работника, прости, в голову не пришло. Я сказал генеральному, что начальник отдела мелкооптовых продаж Малахов сказался больным еще в пятницу, но мужественно досидел до конца рабочего дня. Вероятнее всего, он заболел, взял больничный, но не успел мне об этом сообщить по какой-то причине, что все так серьезно. Но я-то знаю, Жень, что он даже не кашлял.

— Значит, он решил скрыться со своей находкой. И не поставил тебя в известность.

Андрей молчал, но ответа я и не ждала. Знала, что его не услышу.

— А может быть, ты в курсе, где он? И теперь разыгрываешь тут спектакль? — продолжала докапываться я. — Если так, то я просто уйду. Даже слова не скажу. И потом не скажу. И имя твое забуду. Потому что это, знаешь, смахивает на какую-то нехорошую игру.

— Мишка пропал. И я не знаю, где он.

Савостин сказал это таким тоном, что сомнений у меня не осталось: не лжет.

— Пока что у меня получилось его отмазать перед генеральным директором, потому что я заместитель Мишани. Единственный, заметь, кто сможет его заменить. Я уверил, что отдел будет работать в прежнем режиме даже при длительном отсутствии начальника Малахова. Запудрил мозги, Жень. Пока что. К тому же у вышестоящего руководства и без меня проблем хватает. У них там сокращения, перемещения, увольнения, назначения. Тасуют кадры, теряют насиженные места и стараются не утонуть в рутине. Им не до нашего мелкого опта.

— А что будешь делать, если Миша не появится в ближайшее время?

— Он появится, — уверенно заявил Андрей. — Непременно. Но пока его нет, я должен прикрывать и его пятую точку, и свою тоже.

— А что с твоей не так?

Савостин потер ладонью шею, покрутил головой.

— На мою свалилось самое страшное. Я остаюсь вместо него, Женя. С учетом того, какие находки он обнаружил в своем сейфе, я даже боюсь подумать о том, что меня ждет.

В дверь постучали.

Я вздрогнула, Андрей же приосанился, напустив на себя деловой вид.

— Войдите!

В кабинет зашла невысокая пожилая женщина.

— Михаил Егорович, а я с вопросом… — начала она, но замолчала, увидев вместо начальника его заместителя, а рядом вдобавок и какую-то незнакомку. — Доброе утро, Андрей Максимович, — исправилась она. — Мне к Михаилу Егоровичу…

— Его не будет сегодня, — сказал Андрей.

Женщина повернулась ко мне:

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, — ответила я.


Показалось, что она едва заметно поклонилась во время приветствия.

— Что такое, Анна Григорьевна? — осведомился Андрей Максимович. — Я вместо него. Слушаю вас.

Женщина распрямилась и сложила руки на животе.

— Звонили из планового отдела. Снова просят отчет за прошлый месяц.

— Был такой, — прогудел Савостин. — Я его сам подписывал. А что такое-то? Мы же его им передали. Что, опять посеяли?

— Ужас, — подтвердила я.

— Да вот, — вздохнула Анна Григорьевна, — говорят, что не попал отчет к ним.

— Как это «не попал»? — сдвинул брови Андрюха. — А что у нас с завозом в пятый цех?

— Вы про ту партию? Там все хорошо, — ответила Анна Григорьевна. — Четырнадцать штук уходит к ним, остальное откатываем спонсорам. Я предупредила Гольдмана, он на складе все сделает. Вечером уже отправим. Скоро получат.

— Без задержек? — прищурился Андрей. — Все проверили? А то Гольдман в прошлый раз, кажется, что-то напутал со сроками.

— Я лично все проверила. Все готово. Не в первый раз, Андрей Максимович.

— Что ж, — побарабанил пальцами по столу Андрей Максимович, — тогда стартуйте, Анна Григорьевна. Но я не понял про плановый. Они что, действительно наш отчет потеряли? Что они говорят? Женя, ты не волнуйся, у нас все схвачено, но просто уже сил нет бороться с этими людьми.

Анна Григорьевна скорбно вздохнула.

Стало понятно, что плановики на этом предприятии те еще затейники. А Савостин в мгновение ока превратился в управленца. Передо мной стоял другой человек. Совсем не тот, с которым мы пять минут назад двигали тяжеленный сейф. Тогда Андрюха мне в рот смотрел и ловил каждое слово, а сейчас стал этаким ретивым руководителем, который бьет копытом, потому что, видите ли, отчет за прошлый месяц тут у него.

Однако ему определенно шла эта роль. Есть люди, которых не воспринимают всерьез из-за какого-либо несоответствия внешних и внутренних данных. Оратор с тихим голосом вряд ли будет услышан в толпе. Человек, теряющий сознание от вида крови, скорее всего, пойдет в фармацевтику, а не в хирургию.

Андрей Максимович Савостин же удачно совмещал умение перевоплощаться с должностными обязанностями. Говорил громко, выражался ясно. Судя по тому, что ни разу не потерялся в диалоге с коллегой, он реально серьезно относился к своей работе.

— Пусть ищут, — холодно сообщил сотруднице Савостин. — Или я сам к ним приду искать.

Я рискнула поднять голову и посмотреть на него, вот такого, еще раз. Выглядел он так, словно только еле-еле сдерживался. Еще немного — и начнет переигрывать.

— Я точно знаю, что отчета в плановом отделе все же нет, — осмелилась подать голос Анна Григорьевна. — Мы его им не передавали.

— Значит, у нас валяется! — рявкнул Савостин. — Ищите!

— Да чего его искать-то, — устало произнесла старушка и причмокнула губами, словно только сделала глоток чего-то очень вкусного. — Вон он, на столе лежит. Синяя папка.

Мы с Андреем одновременно обернулись. На краю стола действительно лежала синяя папка.

Андрей открыл ее, пробежался взглядом по документам.

— А что это он здесь делает? — сбросив с себя маску недовольства, осведомился он. — А? Анна Григорьевна? Какого фига?

«Позер, — мелькнула у меня мысль. — Ах, какой же ты еще пацан, Савостин».

Анна Григорьевна, видимо, думала так же. Но, наверное, уже привыкла к таким переменам в поведении заместителя своего начальника.

— Я сама его принесла в пятницу Михаилу Егоровичу, — просто сказала она. — Видела, что он отложил папку в сторону. Наверное, забыл про него.

Савостин молча протянул документы Анне Григорьевне.

— Отнесите в плановый отдел.

— Хорошо.

Она вышла из кабинета. Андрей посмотрел на меня и пожал плечами:

— Как в армии, сама видишь. Я отдаю приказы, мне отдают приказы…

— Вижу.

Я вдруг вспомнила, что Савостин, позвонив сегодня утром, заявил, что нанимает меня. Пока ехала, пока осматривала кабинет, пока слушала его сбивчивые объяснения, я как-то этот момент упустила.

Вовремя же я вспомнила об этом.

— Андрюш, — начала я, — ты, кажется, предлагал мне работу. Напомни, кого мне нужно будет охранять?

Савостин подошел к креслу, сел в него и сцепил пальцы на уровне груди.