Убийства по алфавиту

– Простите, инспектор, но этого я не говорил. Дело в том, что волнение и расстройство как раз и были нормальным состоянием моего брата.

– А почему?

– Вы, наверное, этого не знаете, но моя свояченица, леди Кларк, очень больна. Между нами говоря, она страдает от неизлечимой формы рака, и жить ей осталось не так уж долго. Ее болезнь ужасно повлияла на душевное состояние моего брата. Вернувшись с Востока, я был поражен тем, как сильно он изменился.

– Давайте представим себе, мистер Кларк, – тщательно сформулировал свой вопрос Пуаро, – что вашего брата нашли у подножия утеса с пулей в голове и револьвером, лежащим рядом. Какая мысль пришла бы вам в голову в первую очередь?

– Если честно, то я решил бы, что это самоубийство, – ответил Кларк.

– Encore[55], – сказал Пуаро.

– А это что значит?

– Это означает повторение чего-то, но сейчас это неважно.

– В любом случае это было не самоубийство, – заметил Кроум с раздражением. – Если я правильно понимаю, то ваш брат, мистер Кларк, имел привычку прогуливаться перед сном?

– Именно так. Он делал это обязательно.

– Каждый вечер?

– Ну, если только не лило как из ведра.

– И все в доме знали об этой его привычке?

– Естественно.

– А за пределами дома?

– Я не совсем понимаю, что вы этим хотите сказать. Знал ли об этом садовник или нет, мне не известно.

– А в деревне?

– Строго говоря, у нас здесь нет никакой деревни. Есть почтовое отделение и коттеджи в Керстон-Феттерс, но магазинов или деревни как таковой нет.

– Полагаю, что незнакомец, ошивающийся неподалеку, был бы сразу же замечен?

– Как раз напротив. В августе эта часть света наполнена толпой незнакомцев. Они каждый день приезжают сюда из Бриксхэма, Торки или Пейнтона. Приезжают на машинах, на автобусах, приходят пешком. Броудсэндс, который расположен вон там, – он махнул рукой куда-то в сторону, – это очень популярный пляж, так же как и пещера Элбери – это очень известное живописное место, куда люди обычно приезжают на пикник. Лучше бы они этого не делали! Вы себе представить не можете, насколько красивой и умиротворяющей бывает эта местность в июне и начале июля.

– То есть вы считаете, что незнакомца было бы сложно заметить?

– Да, если, конечно, он не выглядел сумасшедшим.

– Этот человек сумасшедшим не выглядит, – уверенно произнес Кроум. – Я вот к чему это все веду. Он должен был заранее следить за вашим домом и каким-то образом выяснить о привычке вашего брата гулять по вечерам. Кстати, никто из незнакомцев не приходил в дом и не спрашивал сэра Кармайкла вчера?

– Я об этом не слышал, но давайте спросим у Деверила.

Он позвонил в звонок и задал вопрос появившемуся дворецкому.

– Нет, сэр. Вчера никто не спрашивал о сэре Кармайкле. И я не заметил, чтобы кто-нибудь незнакомый крутился возле дома. Горничные тоже ничего не видели, сэр, я их уже спрашивал.

Дворецкий подождал несколько мгновений, а затем спросил:

– Это все, сэр?

– Да, Деверил. Вы можете идти.

Дворецкий удалился, задержавшись в дверях, чтобы пропустить в комнату молодую женщину.

Когда она вошла, Франклин Кларк поднялся.

– Это мисс Грей, джентльмены. Секретарша моего брата.

Я был мгновенно поражен невероятной скандинавской красотой вошедшей. У нее были почти совершенно белые волосы, светло-серые глаза и та прозрачная светящаяся бледность, которую иногда можно видеть у норвежцев или шведов. Ей было около двадцати семи лет, и ее профессионализм, по-видимому, не уступал ее красоте.

– Я могу чем-нибудь вам помочь? – спросила женщина, усаживаясь.

От еды она отказалась, и Кларк принес ей чашку кофе.

– Вы занимались корреспонденцией сэра Кармайкла? – задал вопрос Кроум.

– Да, обязательно.

– Скажите, он никогда не получал писем, подписанных инициалами A. B.C.?


– A. B.C.? – Женщина покачала головой. – Уверена, что нет.

– А он не упоминал никого, кто находился бы рядом с домом во время его вечерних прогулок?

– Нет, ни о чем подобном он не говорил.

– А вы сами не замечали никаких незнакомцев?

– По крайней мере, никто из них не увивался вокруг дома. Конечно, в это время года по округе бродит масса людей. Часто видишь таких, которые с бесцельным видом передвигаются среди лунок для гольфа или вдоль берега моря. Поэтому в это время года незнакомые люди не являются чем-то из ряда вон выходящим.

Мой друг задумчиво кивнул.

Инспектор Кроум попросил показать ему маршрут ежевечерней прогулки сэра Кармайкла Кларка. Франклин пошел первым, а мисс Грей тоже решила присоединиться к нам. Мы с ней немного отстали от основной группы.

– Вы все, наверное, пребываете в жутком шоке, – заметил я.

– Все это кажется просто невероятным. Я уже легла, когда полиция позвонила вчера вечером. А потом я услышала внизу голоса и в конце концов спустилась, чтобы узнать, что же произошло. Мистер Кларк и Деверил, вооруженные фонарями, как раз собирались выходить.

– А когда сэр Кармайкл обычно возвращался с прогулки?

– Где-то без четверти десять. Обычно он входил через боковую дверь. Он или шел прямо в постель, или проходил в галереи, где располагалась его коллекция. Именно поэтому, если бы не позвонили из полиции, никто бы не заметил, что его нет, до момента, когда бы его пришли будить утром.

– Для его жены это должно быть ужасно.

– Почти все время леди Кларк находится под воздействием морфина. Мне кажется, что она в состоянии такого оцепенения, что плохо понимает, что происходит вокруг нее.

Через садовую калитку мы вышли на поля для гольфа. Пройдя вдоль их края и перебравшись через изгородь, мы оказались перед крутой и извилистой дорогой.

– Она ведет вниз, к пещере Элбери, – объяснил Франклин Кларк. – Правда, два года назад построили новую дорогу, которая теперь ведет и до пляжа Броудсэндс, и до Элбери, поэтому этой практически никто не пользуется.

Мы двинулись вниз по дороге. В конце ее тропинка шла между колючими кустами ежевики и папоротника к морю. Неожиданно мы вышли на покрытый травой мыс, с которого открывался невероятный вид на море и пляж, состоявший из белых камней, сверкавших в солнечных лучах. Вечнозеленые деревья спускались прямо к воде. Место было потрясающим: здесь соединялись темно-зеленый цвет деревьев, белый – прибрежной гальки и сапфировый – моря.

– Как красиво! – невольно воскликнул я.

– Ведь правда? – Кларк с энтузиазмом повернулся ко мне. – И зачем только люди едут на Ривьеру, когда у них есть такая красота! В свое время я объехал весь белый свет и, клянусь богом, нигде такого не видел.

А затем, как бы устыдившись своего порыва, он сказал уже более безразличным голосом:

– Вот здесь мой брат обычно гулял по вечерам. Он доходил до этого места, затем поднимался вверх по тропинке и поворачивал направо. Проходил мимо фермы и через поле попадал прямо к дому.

Мы пошли этим путем и вскоре подошли к месту около живой изгороди, где и было найдено тело убитого.

– Все очень просто, – кивнул Кроум. – Убийца прятался в тени. Ваш брат ничего и не заметил, пока не получил этот удар.

Девушка, стоявшая рядом со мной, вздрогнула.

– Держитесь, Тора, – сказал ей Кларк. – Все это ужасно, но не имеет смысла прятать голову под крыло.

Тора Грей – это имя ей очень шло.

Мы вернулись в дом, куда тело перенесли после того, как сфотографировали на месте преступления.

Как раз когда мы поднимались по широкой лестнице, из дверей одной из комнат вышел врач, держа в руках черный саквояж.

– Что-нибудь расскажете, доктор? – спросил Кларк.

– Очень простой случай, – покачал головой доктор. – Технические подробности я приберегу для досудебного разбирательства. В любом случае, он не испытывал страданий. Смерть наступила мгновенно. Я пойду и навещу леди Кларк, – продолжил он и прошел мимо нас.

Из комнаты, расположенной дальше по коридору, вышла медицинская сестра, и он присоединился к ней.

Все мы вошли в комнату, из которой вышел доктор.

Я почти сразу же вышел из нее. Тора Грей все еще стояла на верхней площадке лестницы. На ее лице было странное испуганное выражение.

– Что-то случилось, мисс Грей? – поинтересовался я.

– Я думала, – ответила девушка, взглянув на меня, – я думала о «D».

– О «D»? – не сразу сообразил я.

– Да, о следующем убийстве. Что-то необходимо сделать. Этому надо положить конец.

Сзади меня из комнаты вышел Кларк.