Убитые голоса

Людмила, показывая на оружие, тихо спросила:

— А это зачем? Ты собираешься стрелять?

— Это как аргумент против бандитов. Часто он говорит больше, чем слова.

— Так, включи сотовый и не выключай.

— Зачем еще?

— Я должна слышать, что будет происходить у палатки, чтобы вовремя вызвать полицию.

— Никакой полиции, Люда. Разберусь сам. А ты порежь хлеба, шашлычок будет с коньяком, поужинаем, как в ресторане. И не спорь, дорогая. Привыкай, что в семье старший — мужчина.

Он вышел из квартиры, сбежал по лестнице.

От подъезда увидел палатку, два чужих внедорожника рядом со своим «Рено», группу кавказцев.

Подошел к ним ровно в 19.00.

— А вот и мы. Привет. Вахид, проблемы?

Владелец палатки облегченно вздохнул:

— Я уж подумал…

— Что за дела, Вахид?

Уланов внимательно посмотрел на четверых кавказцев, приехавших сюда явно не с добрыми намерениями. Те рассматривали его. Вахид отошел в сторону.





Глава вторая




— Так что за дела? — переспросил Уланов, переведя взгляд на гостей, приехавших на внедорожниках «Тойота».

Двое в костюмах, двое в одинаковых черных, коротких кожаных куртках. Куртки расстегнуты, за брючными ремнями — пистолеты. Роман сразу определил: травматические «ПМ». Возможно, оружие было и у двух других. Среди них выделялся средних лет кавказец с седыми волосами и такой же седой бородкой. Именно он пренебрежительно спросил:

— А это еще что за чмо? Ты кто такой, мужик?

— Я, — проговорил Уланов, — очень неудачное для тебя знакомство. И подбирай-ка слова, орел комнатный!

— Что?

— То, что слышал.

Двое в куртках двинулись на Уланова.

Он спокойно достал пистолет:

— Это боевой наградной «ПМ», а не ваши пшикалки. И не сомневайся, я буду стрелять.

Бандиты отступили, глядя на главаря.

У того заиграли желваки, физиономия приняла звериный вид.

— Вот ты как? Вахид? — крикнул он владельцу палатки.

— Да, Руслан.

— Напрасно ты позвал его, — он кивнул на Уланова, — придется теперь не только палатку отдать, но и квартиру. Поедешь в свой аул, пахать на бахче.

— Но, Руслан.

— Погоди-ка, Вахид, — прервал Уланов кавказца. Взглянул на старшего: — А ты, Гарава, не думал, что это тебе с твоими отморозками придется убраться из города?

— Ты силен на словах. Твоя ошибка в том, что ты оскорбил меня, теперь тебе не поможет и пистолет.

— Нет, это ты сделал ошибку, а ведь Вахид наверняка тебя предупреждал. Я положу сейчас вас всех здесь, и ко мне даже вопросов у полиции не будет, а знаешь почему?


Уланов вел себя спокойно, и это нервировало Гараву.

— Потому, что имею на это полное право.

— Так стреляй!

— Думаю, обойдемся без этого. Подойди, если не боишься.

Главарь бандитов усмехнулся:

— Я? Боюсь? Запомни: Руслан никого и ничего не боится.

Он подошел:

— Говори, если есть что сказать.

Роман сунул ему в физиономию корочки.

— Читать умеешь?

По физиономии Гаравы пробежала тень растерянности. Уж с кем он не ожидал здесь встретиться, так это с офицером элитной службы, о работе которой немало был наслышан.

— Главное управление по борьбе с террористической угрозой?

— Умеешь читать. А что на другой странице?

— Майор Уланов, командир боевой группы.

— Вот именно. Вахид под нами. Так у кого могут возникнуть крупные проблемы и кто поедет, если еще выживет, на бахчу?

Гарава повернулся к Вахиду:

— Почему ты не сказал, что у тебя такая крыша?

— Я пытался, но ты не хотел слушать.

— Ты понимаешь, что подставил меня?

— А ты разве не хотел разорить мою семью?

Уланов прервал этот диалог:

— Так, господа. Я готов забыть о ваших разборках, если больше никто и никогда не наедет на Вахида. В противном случае, а наш разговор записывается, ты, Гарава, не успеешь выехать на Промышленную, как вас всех повяжут. А в машинах найдут пару стволов, за которыми тянется длинный кровавый след. И это в лучшем случае. В худшем я сам перестреляю всю твою братию. Что будет представлено как ликвидация террористической группы. Вопросы ко мне есть?

Гарава ответил:

— Нет! Приношу свои извинения. Никто больше Вахида не будет трогать.

— А ты подумай, стоит ли самому оставаться в Переславе. Запись идет напрямую в офис службы, там могут возникнуть к тебе вопросы.

— Избежать этого можно?

— В принципе да. Я могу попросить оператора не передавать запись руководству, но что в обмен?

— Деньги предлагать нет смысла?

— Никакого!

— Тогда больше не услышишь обо мне.

Уланов взглянул на Вахида:

— Так пойдет, друг?

— Да, конечно, не надо принимать серьезных мер против Руслана. Ведь мы все-таки земляки, а между земляками всякое бывает. Не трогай его, Роман Владимирович, пусть едет спокойно. Я знаю, меня после этой встречи никто не тронет, ни меня, ни семью.

Роман указал на Вахида:

— Его благодари, что отделался легким испугом. Но если что-то произойдет с Вахидом или его семьей, я найду тебя. Понял?

— Понял!

— Проваливай!