Ведьма и Некромант

Агата Вольская



Моя единственная мечта — чтобы этот путь закончился. Я уже не возмущалась из-за того, что Избец, оказывается, умеет проходить через подпространства небольшие расстояния. Не удивлялась, что Винсент смог с ним каким-то неведомым для меня образом договориться — не иначе, использовал драконий кинжал, чтобы пощекотать ему пятки. Я просто лежала на кровати и пыталась побороть тошноту.

Дом сотрясался так, что уже разбилось несколько незафиксированных кувшинов и тарелок.

Тыдык. Тыдык. Тыдык — тремя этими словами я могла описать весь наш путь.

— У-у-у-у, — в очередной раз застонала я и направилась к двери, через которую Избец пускал в отхожее место. Сперва мне подумалось, что он это сделал из-за заботы, но после до меня дошло, что ему просто себя жалко.

Но самым возмутительным и раздражающим фактором для меня стал Винсент. Мало того, что он откровенно надо мной подтрунивал, так еще и не испытывал никаких неудобств, связанных с подобной транспортировкой. Казалось, он даже не шелохнулся ни от одного лишнего тыгыдыка по кочкам.

— Милая, может, ты беременна, — наигранно растягивая гласные, спросил Винсент.

— Вообще-то, я знаю, откуда берутся дети, — огрызнулась я и хлопнула дверью. Склонилась над отверстием и уже через дверь услышала ответ:

— Конечно же, от большой любви берутся дети. Разве у нас не так?

Зараза! Вот натуральная некромантская зараза! Если бы на мне не была эта идиотская приворотная булавка, я бы точно его бы чем-нибудь огрела. Чем-нибудь очень увесистым вроде Сковородени!

— Я так больше не могу, — сообщила я, выходя из небольшой комнатки и придерживаясь за дверной косяк.

— Ты наконец хочешь перейти на новый уровень наших отношений? — приподняв брови, поинтересовался Винсент.

Он спокойненько так сидел на закрепленном табурете с какой-то книгой в руках. Лучше него себя чувствовал только развалившийся на печке Скелетон.

— Я хочу остановиться и переночевать! Так, чтобы ни дом, ни я не тряслись, как на петушиных бегах.

— Боях? — переспросил Винсент.

— Нет, бегах. — Уровень моего раздражения подскочил к голове, перед глазами аж красные мушки запрыгали. Интересно, а существуют ли эти петушиные бега в природе или я сдуру ляпнула?

— Хорошо, — внезапно произнес Винсент, встал со стула и, придерживаясь за стол, проговорил: — Избушка-Избушка, тормозни у Целта.

Избец не подал никаких опознавательных знаков, но что-то мне подсказывало, что он услышал и принял к сведению. Целт, значит. Небольшой город на востоке королевства, столица таверн, в которых медовуха льется рекой. Теперь я хотя бы отдаленно понимала, где мы находились.

— Как это вообще работает? — в пустоту спросила я.

Но вместо пустоты ответил Винсент:

— Избушка ныряет в подпространство, за один шаг проходит несколько километров и выныривает. После все повторяется. Потому тебя так и трясет.

— Вообще-то, Избушка зовут Избец.

— Не уверен, что это мальчик. Никаких опознавательных знаков между ног не видел.

— Зато поведение ну очень мужское. Не удивлюсь, если у этого несостоявшегося дракона в роду затесались некроманты, — ответила я и прикрыла глаза. О боги, когда-нибудь нас перестанет так трясти?

И очень хотелось бы, чтобы поскорее, но пришлось трястись еще пару часов. Далеко Кащеево закинуло, ничего не скажешь.

Зато когда все прекратилось и мы вышли из Избеца в вечернюю прохладу, я была готова рухнуть на землю и целовать каждую попавшуюся кочку. Я бы, может, так и сделала, если бы эти кочки не походили на весомые такие кучки. Дерьма.

— Счастье есть, — флегматично заметила я, поймав себя на мысли, что меня все еще шатает.

— Конечно, любовь моя, и оно в тебе, — приторно пропел Винсент, выходя следом за мной.

Я на него опасливо покосилась. Новый виток приворота? Эко нас шарахает друг к другу. Интересно, он испытывает те же муки, что и я, когда понимаю, что хочу его поцеловать?..

Так, Агата, остановись. Вдох. Выдох. Вдох…

— Пополним запасы воды и перекусим, ночевать все равно рекомендую в Избушке.

— В Избеце, — поправила я из вредности.

В Целте было множество узких улочек, одноэтажных домов и пьяных людей — три кита, на которых стоял этот городок. Таверну «Пьяный Вилли» мы нашли довольно быстро. Некромант сказал, что иногда сюда захаживал проездом. Я ожидала увидеть длинные заляпанные медовухой столы, огромное количество пьяниц и подавальщиц с декольте до пупа, но на поверку «Пьяный Вилли» оказался вполне мирным и чистым заведением. Правда, медовухой все равно пахло.

— Ты просто обязана попробовать их фирменную настойку, — сказал Винсент, когда мы уселись за довольно уединенным столиком в углу.

Нет, ну если обязана, то почему бы и не попробовать. Особенно когда на тебя так проникновенно смотрят.

Винсент подал какой-то только ему понятный знак, и уже через пару минут подавальщица принесла нам большую тарелку с запеченной уткой, две кружки медовухи и четыре стопки с чем-то зеленым. Доверия это «что-то» не внушало никакого, но Винсент буквально впихнул стопку мне в руки.


Театрально щелкнул пальцами, и в ней загорелся огонь. Опрокидывать это в себя захотелось еще меньше.

И чего это он тратит магию на такие вещи, когда, по его же словам, ее осталось слишком мало? Пытается произвести впечатление? А это, черт возьми… мило.

— Пей, — с хитрой улыбкой посоветовал Винсент.

— Смею тебе напомнить, что меня сегодня полдня полоскало, — проговорила я.

— Тем более пей, — он даже кивнул. — Выдохни и опрокидывай в себя.

Я не смогла отказать. Даже что-то внутри екнуло, когда в очередной раз столкнулась взглядом с этими его темными глубокими глазами. Задув огонек, вылила в себя содержимое. По нутру разлился огонь, на языке остался привкус аниса. Я поморщилась, закашлялась и только после этого ощутила в голове и теле небывалую легкость, почти мгновенно.

Подняла удивленный взгляд на Винсента, который в тот момент тоже опрокидывал в себя стопку. И вот он точно не поморщился, словно глоток воды сделал.

— Ну как? — поинтересовался он, отрывая от утки ножку.

— Странно, — пробормотала я.

И правда странно. Я даже не успела разобраться, понравилось мне или нет. Но признаюсь честно, хотя бы перед самой собой: последствия скорее приятные.

— Бери вторую, глотай и тут же запивай медовухой, не вдыхая — командует Винсент.

— А ты меня потом до Избеца дотащишь? — хмыкаю я.

— С тобой ничего не произойдет, — уверенно говорит Винсент. — Ты же ведьма.

— Если ты считаешь, что у ведьм какая-то повышенная стойкость к алкоголю, то ты глубоко заблуждаешься.

— У ведьм повышенная стойкость к разным видам трав, в том числе к анису. Ничего, кроме расслабления, ты не ощутишь. Разве что тебя укачивать перестанет.

Перестанет укачивать? Ну да, каждый раз, как только я фокусирую на чем-то взгляд, мне кажется, что наши поскакушки в Избеце продолжаются. Недолго думая, я опрокидываю в себя вторую стопку — и в этот раз по инструкции Винсента.

— Ух!

— Еще?

— Пока хватит, — я не могу сдержаться, и мои губы сами собой расплываются в улыбке.

Вот хитрый некромант! Что-то там про травы говорил, при этом умудрившись меня подлейшим образом… набухать?! Я же сегодня ничего не ела, только извергала еду из себя!

Подняла возмущенный взгляд и… тут уже успокоилась, вновь расплылась в улыбке. Вот как на него можно злиться?..

— Так как ты оказалась в Кащеево? — мягко спросил Винсент, обгладывая ножку.

— Занесло попутным ветром, — я хмыкнула. — А если серьезно, то меня жених туда отправил.

— На перевоспитание? — по непроницаемому лицу Винсента сложно было сказать, как он отнесся к новости про жениха.

— Нет, он просто выкачал из меня большую часть силы, попытался меня убить, но это спровоцировало взрыв, из-за которого меня перетащило в Кащеево, — будничным тоном сообщила я, отрывая от утки крылышко.

Ммм, вкусно. С брусничным соусом.

Винсент нахмурился. Долго — почти минуту — буравил меня взглядом, и только после этого задал вопрос:

— Он хотел воспользоваться ритуалом первой ночи? Чтобы полностью тебя иссушить?

— Ага, — все тем же беззаботным тоном ответила я. — Но я сообразила быстрее.

Не стала рассказывать, что просто случайно подслушала их разговор с какой-то другой бабой.

— И ты хочешь его найти и отомстить?

— Ага, — повторила я.

— Я смогу тебе помочь, но только когда у меня восстановятся силы. Сейчас я бесполезный, — серьезно проговорил Винсент.

Сказанное доходило постепенно, а когда дошло, я впала в ступор. Он что… хочет помочь? Мне… С АДАЛРИКОМ?!

— Ты серьезно? — прошептала я, в горле поселился ком.

Говорят, что ведьмы не сентиментальны. Но либо я не ведьма, либо артефакт приворота что-то существенно во мне изменил. И его губы — они снова близко, как в тот раз на кладбище. Буквально чуть-чуть наклониться и…

— Поцелуй меня, — хрипло сказал некромант.