Вейн

* * *


После неудавшейся прогулки Вейн свалилась с горячкой на несколько дней и вынуждена была находиться в кровати, злясь на себя за глупость. Впервые спустилась к ужину лишь через пять дней и удивилась, увидев за столом того самого незнакомца, что спас ее.

— Мы не успели познакомиться, — поклонился он, и в голосе проскользнула легкая насмешка. — Александр Далькотт. Рад, что вам стало лучше, лейна Вейнитта.

— Называйте меня Вейн, прошу вас, — отозвалась она. Голос все еще хрипел, простуженное горло саднило.

— Мы так испугались за вас, — обеспокоенно сказал Леран. — Как вы себя чувствуете?

— Уже лучше, — улыбнулась ему девушка, усаживаясь на отодвинутый служкой стул.

Она уже знала, что в тот день, когда ушла гулять, ее не искали. Люсинда поведала ей это, плача и держа за руку, когда сестра металась в горячке.

— Прости, — причитала она, — прости меня! Я думала, ты уже в замке. Я даже предположить не могла, что ты не вернулась с прогулки! Сидела в зимнем саду, смотрела на розы, а ты там одна… В снежном буране… Чуть не погибла! Прости меня! Умоляю! Я так виновата!

— Ты не виновата, — хрипло успокаивала Вейн сестру и гладила по волосам. — Не терзайся.

Все время, пока она болела, Люси неотлучно находилась рядом, держала ее за руку, рассказывала что-нибудь увлекательное или читала. Она изо всех сил старалась загладить вину, хоть Вейн и убеждала ее, что не о чем беспокоиться. Но Люси так убивалась, что вскоре уже Вейн почувствовала себя виноватой. Может, потому она и постаралась как можно скорее выздороветь, чтобы не видеть больше жалостливых глаз Люсинды.

— Лучше, — повторила Вейн и расправила на коленях льняную салфетку. Она подняла голову и улыбнулась: — Рада познакомиться со старшим братом моего нареченного. Мы много слышали о вас, дер Александр, хотя я не думала, что нам доведется встретиться при таких… необычных обстоятельствах! И благодарю вас, вы очень вовремя оказались на той дороге.

Вейн снова посмотрела в его холодные глаза. Надо же, совершенно не похож на брата. Скорее, Ксандра можно было назвать братом самой Вейн. У них обоих были темные волосы и светлые глаза, только у нее зеленые, а у него — серые, словно расплавленное серебро.

Впрочем, Вейн знала, что Леран и Александр братья лишь по отцу, а матери у них разные. Старший после смерти родителей унаследовал Далькотт, но мало времени проводил в родовом замке, в основном проживая в столице при дворе короля. На этом знания девушки заканчивались, общительный Леран не слишком любил говорить о своей семье. И тем более о старшем брате.

Вейн хотела поинтересоваться, надолго ли Александр пожаловал в Далькотт, но решила, что подобный вопрос может показаться двусмысленным, словно она уже мнит себя хозяйкой замка. К счастью, повисшую тишину нарушила непосредственная Люси:

— Дер Александр, а это правда, что при дворе девушки и дамы стали носить под платьем брюки? Прямо как… как принявшие Тьму? Знаете, в нашей глуши мы совсем отстали от жизни, ничего не знаем о современных нравах!

— Честно говоря, я тоже не очень о них осведомлен, лейна Люсинда, — ответил мужчина. — А что касается одежды лейн при дворе… хм. Брюк под платьем я не заметил. Но, возможно, я был не слишком… внимательным.

— Как жаль, — искренне огорчилась Люси.

— Люсинда! — строго отдернула ее мистрис Алесс. — Ты задаешь много вопросов!

Вейн отвела взгляд. За спокойным ответом дера звучала насмешка, но Люси этого не заметила.

— Вас тоже интересует мода при дворе, лейна Вейн? — обратился к ней Александр.

— Не очень, — честно ответила она.

— Отчего же?

— Не думаю, что эти сведения как-то пригодятся мне в жизни. К тому же Далькотт так далеко от столицы, что когда столичная мода дойдет до наших мест, я уже буду шить распашонки для внуков.

— А вы планируете провести всю жизнь в Далькотте?

— Странный вопрос, брат! — с улыбкой заметил Леран. — Где же еще должна проводить свою жизнь моя супруга, как не в нашем родовом замке?

Александр промолчал. Он пил вино, задумчиво смотрел на Вейн поверх кубка, и ей было не по себе от его взгляда.

— Дер Александр, а вы видели принявших Тьму? Или эри? — не унималась Люси.

— Люсинда Брайнс! — возмутилась мистрис Алесс, а тетушка Рута поджала губы. В приличном обществе говорить о таких вещах, было не принято, даже возмутительно.

Между тем, несмотря на возмущение, в глазах мистрис скользнуло жадное любопытство, смешанное со священным ужасом. И они обе застыли, отчаянно делая вид, что совершенно не интересуются этим вопросом.

— Да, я их видел, — кивнул Александр, рассматривая свой бокал, словно было в нем что-то чрезвычайно интересное.

— И как они? — Люси поддалась вперед, совсем забыв о правилах приличия. — Они и правда такие монстры, как о них говорят? Чудовища? У них есть огромные рога и копыта? А в глазах сверкает пламя Тьмы?

— Люси! — с отчаянием простонала мистрис Алесс.

— Нет, лейна Люсинда. Ни рогов, ни пламени я не заметил, — вежливо ответил ей дер Александр. — Но, как уже говорил, возможно, я не слишком внимателен.

— А…

— Достаточно! — Мистрис Алесс сурово посмотрела на воспитанницу, и Люси сникла.

Служки принесли горячее, и беседа перешла на более безопасные темы. Обсуждали погоду и разгулявшийся буран, новую книгу скандального дера Оливьера и предстоящее празднование Дня Света. Вейн в разговоре не учувствовала. Аппетит пропал вовсе, и она сидела, погрузившись в свои мысли, и делая вид, что ест. Но кусок в горло не лез. Устав притворятся, она поднялась, сославшись на недомогание после болезни, и ушла наверх.


Вейн брела по галерее замка, пытаясь избавиться от ощущения тревоги, что поселилось в ней. Но получалось плохо. Она поднялась на башню и застыла, бездумно рассматривая раскинувшуюся внизу заснеженную долину и прислушиваясь к воющему в вышине ветру.

Разговоры за столом оставили в ней гнетущий осадок, и она не знала, как избавиться от него. Так бывает иногда, вроде и нет причин грустить, все благополучно, а душа отчего-то мечется, беспокойно ей.

Девушка не услышала шагов за спиной и вздрогнула, когда рядом возникла темная фигура.

— Я напугал вас? Прошу простить, — Александр говорил приветливо, но почему-то с каждым его словом Вейн становилось все больше не по себе.

— Немного. Я не слышала, как вы подошли.

Он внимательно рассматривал ее, и девушка занервничала под его взглядом. Она не знала, что еще может сказать. О чем ей вообще разговаривать с этим человеком? И зачем он сюда пришел?

— Я уже собиралась уходить… — пробормотала она.

— Скажите, лейна Вейнитта, вам понравилось в Далькотте?

— Я пока не смогла рассмотреть долину, но ваш замок очень красив, дер Александр, — негромко и предельно вежливо ответила она.

— Зовите меня по имени, — вдруг велел он, — мы ведь почти родственники. Ксандр. Так меня называют… друзья.

Вейн не смогла скрыть удивления. Но возможно, он действительно лишь проявляет вежливость?

— Что ж, тогда буду рада, если и вы будете звать меня Вейн. — согласилась она. — К тому же вы правы, мы с вами действительно совсем скоро породнимся.

— Вы с Лераном уже назначили дату обряда?

Он отошел к стене, встал у узкого окна-бойницы, за которым завывала метель.

— Еще нет, — Вейн замялась. К чему все эти вопросы? Ей снова захотелось уйти. — Скорее всего, церемония состоится после Дня Света. Люсинда и мистрис Алесс должны возвращаться в Талар. Родители будут беспокоиться, если они слишком задержатся. Сестра шлет домой письма с вестниками каждую седмицу.

— Вы с сестрой удивительно непохожи, — глядя на нее в упор, снова заговорил он о другом.

— Да, это так, — без эмоций откликнулась она.

— Наверное, вы слышите эту фразу так часто, что она вам порядком надоела, — усмехнулся мужчина.

Вейн тоже чуть улыбнулась.

— И это тоже верно, дер Александр. В нашей семье все светловолосые, кроме меня. Я пошла в бабушку.

— Если это так, смею предположить, что она была красавицей, — ровно отозвался он.

Вейн взглянула на него, не скрывая изумления, и вспыхнула. Он, что же, таким образом сделал ей комплимент? Но слова его не вязались с выражением лица, потому что смотрел дер Александр равнодушно и без тени улыбки.

Вейн неуверенно отступила, собираясь вежливо попрощаться. Но мужчина опередил ее.

— Скажите… Вейн, вы хотите стать женой моего брата?

— Вы задаете странные вопросы, — пробормотала она, не зная, как реагировать. — Конечно, я стану женой дера Лерана. Этого хотят наши семьи, дер Александр.

— Семьи. Да. А вы?

— Леран очень приятен мне. Уверена, что он станет мне хорошим мужем, виры очень добры ко мне.

Мужчина вдруг резко шагнул к ней. Остановился так близко, что Вейн разглядела, как расширились зрачки в его серых глазах. И почувствовала, как внутри снова поднимается волна неконтролируемого страха. И чего-то еще. Незнакомого, тягучего, словно патока, обволакивающего…

— А чего хотите вы, Вейн? — спросил дер Александр, наклоняясь и заглядывая ей в глаза.

Девушка осторожно отодвинулась. Ужас сжимал горло с такой силой, что мешал дышать. Она вдыхала короткими глотками, почти не чувствуя воздуха.

— Вейн, что с вами? — встревожился он. — Вейн?

Перед глазами все поплыло. Она судорожно сделала еще один вдох, но воздуха не было, и Вейн начала медленно оседать на пол. Мужчина подхватил ее, поднял на руки, торопливо шагнул к лестнице.

— Отпустите, со мной все… в порядке, — слабо запротестовала девушка.

Александр остановился и снова внимательно посмотрел на нее, но не отпустил.

— Я отнесу вас в вашу комнату, — сказал он. — Вероятно, вы еще слишком слабы после болезни. Не стоило подниматься на башню, здесь слишком крутые лестницы.

— Отпустите! — повторила девушка. — Не надо меня… нести. Это неприлично.

Он вдруг улыбнулся, и Вейн задохнулась. Улыбка совершенно меняла это холодное лицо, делая его удивительно привлекательным. Хотя девушка не могла не признать, что дер Александр был красивым мужчиной, и если бы не это чувство безотчетного страха, что он порой вызывал в ней, возможно, она сочла бы его гораздо интереснее Лерана.