Вот это сноб!

Грэм: Эти покупки ты увидишь не скоро. Так как мне пока не разрешают посмотреть на модель, одетую в них. Если только ты не передумала…



Мысль о Грэме, делающем покупки в отделе женского белья, одновременно позабавила меня и завела. Я представила, как он в досаде проводит пальцами по волосам, ненавидя каждую секунду, но не способный остановить себя.

Сорайя: Зеленое платье красивое, но я не могу его принять. Это слишком.

Грэм: Это финальная распродажа. Отдай его на благотворительность, если оно тебе не нравится.



Серьезно? Платье стоило почти три тысячи долларов.

Сорайя: Ты сошел с ума, и ты об этом знаешь.

Грэм: Платье подошло?

Сорайя: Я еще не примерила его.



Быстрый обмен сообщениями, который мы вели, остановился на несколько минут.

Сорайя: Ты еще там?

Грэм: Ты в примерочной?

Сорайя: Да.

Грэм: Я только что представил себе, как ты стоишь в примерочной, смотришь на свое потрясающее обнаженное тело в зеркало.

Сорайя: И…

Грэм: Ты хочешь услышать подробности моей фантазии?

Сорайя: Возможно…

Грэм: Мне бы хотелось присоединиться к тебе в этой примерочной, нагнуть тебя так, чтобы ты уперлась руками в зеркало, широко расставив пальцы, и войти в тебя сзади, пока ты наблюдаешь за нами. И на тебе будут те туфли, которые я выбрал.



На этот раз замолчала я. Я посмотрела в зеркало и мысленным взором увидела Грэма, стоявшего позади меня. Если уж иллюзия была настолько горячей, то, вполне вероятно, я бы просто растаяла, если бы все это происходило на самом деле. Когда. Я больше не пыталась обмануть себя, говоря если. Наконец зажужжал мой телефон.

Грэм: Я знаю, чем ты занимаешься.

Сорайя: Увидимся вечером, мистер Большой Хрен.



Когда я вернулась в свою квартиру с пакетом с одеждой, я заметила черный лимузин, припаркованный у моего дома. Когда я подошла ближе, из него вышел водитель в форме. «Водитель Грэма».

– Мисс Венедетта, мистер Морган попросил доставить это вам. – Он протянул мне два запечатанных крафтовых конверта.

– Что это?

– Не знаю, мэм. Мне дали поручение их доставить, и я это делаю. – Он вежливо кивнул и открыл дверцу машины. – Желаю вам приятного дня.

Руки у меня были заняты, поэтому я сначала поднялась в квартиру и только потом попыталась вскрыть конверты. Повесив платье, я уселась на кровать и надорвала первый конверт. Внутри была коробочка с краской для волос «Ла Риш» оттенка альпийская зелень. Цвет идеально подходил к моему платью.

«Грэм Дж. Морган умеет быть милым».

С любопытством я надорвала другой конверт. В нем была коробка с зеленой краской для волос в зоне бикини «Бетти» с приклеенной к ней запиской со словами: «Я не был уверен в том, что занавески подходят к ковру».

Улыбаясь от уха до уха, я подумала: «Если будешь продолжать в том же духе, ты скоро сам это выяснишь».





* * *


Домофон зазвонил ровно в 19:30. Прежде чем нажать на кнопку, чтобы открыть дверь подъезда, я ответила в интерком:


– Это Одиночка на Манхэттене?

– К сожалению, да.

Я впустила его в подъезд, отперла дверь в квартиру и стала ждать.

Он шел по коридору от лифта к моей квартире быстрыми уверенными шагами. От каждого его шага мой пульс бился все быстрее. Грэм надел темный смокинг и, вполне вероятно, был самым роскошным мужчиной, попадавшимся мне на глаза. Я ни на секунду не сомневалась, что он мог бы спровоцировать затор, если бы прошелся по улицам Манхэттена одетый подобным образом. Я буквально облизнулась.

Пока я стояла и пускала слюни, Грэм взял меня за лицо одной рукой и сжал.

– Ты меня уморишь, если будешь вот так на меня смотреть. – Потом он начал меня целовать, пока не рассеял мои сомнения в том, что и он испытывает то же, что и я.

Мне пришлось моргнуть, чтобы вернуть себя к реальности, когда он отпустил меня.

– Мне нужно одеться. Входи.

– Я только и думаю о том, чтобы войти, с тех самых пор, как ты сказала мне, что была у врача и получила рецепт на противозачаточное.

Я укоризненно округлила глаза, хотя в глубине души мне понравилось каждое его слово.

– Мне нужна минутка, чтобы надеть платье.

– Моя помощь нужна?

Я указала на кресло в кухне.

– Сидеть. Место.

– Я тебе что, собака? Я не собирался тебя упрашивать.

Я скрылась в спальне и надела зеленое платье. Это был самый дорогой наряд из тех, которые мне когда-либо принадлежали. Грэм не солгал, когда говорил, что оно выставлено на финальную распродажу. Иначе я бы его не надела. Но мне пришлось признать, что те платья, которые выбрала я, не могли сравниться по красоте с тем, которое купил Грэм.

В отличие от Грэма, который шел мне навстречу с уверенностью человека, осознававшего свое место на вершине продуктовой цепочки, мне было очень страшно выйти из спальни. Платье было роскошное. Оно облегало каждый изгиб моего тела и показывало идеальное количество обнаженной кожи, чтобы быть сексуальной, не скатываясь в непристойность. И все же я вышла из моей зоны комфорта. Глядя в зеркало, я видела красивое отражение, но это была… не я.

Если у меня и оставались какие-то сомнения, они практически исчезли, когда я увидела лицо Грэма. Он сидел у кухонного стола, возился с телефоном и встал, увидев меня.

– Черт побери, ты выглядишь невероятно.

– Это платье невероятное. Я до сих пор не могу поверить, что ты столько за него заплатил.

– Дело не в платье, Сорайя. Дело в женщине, которая его надела.

– Как мило. Спасибо.

– Зеленый определенно твой цвет. – Грэм провел пальцами по моим волосам. – С этой прической я не вижу, подходят ли к платью кончики твоих волос. – Я собрала волосы во французский пучок и убрала внутрь окрашенные кончики.

Я улыбнулась.

– Подходят. Но мне не хотелось выставлять их напоказ, словно больной большой палец. Я никогда раньше не была на званом вечере, но что-то подсказывает мне, что я была бы единственной женщиной с зелеными прядями в волосах.

– Ты не любишь высокую прическу?

– Честно говоря, я предпочитаю распущенные волосы.

– Повернись. Дай я посмотрю. – Когда я подчинилась, Грэм вытащил шпильки, которые удерживали мои тяжелые волосы. Они волнами упали вниз. Грэм повернул меня лицом к нему. – Ты будешь выделяться и с распущенными волосами, и с высокой прической, и это никак не связано с цветом твоих волос.

– Ты не против?

– Против? Я высокомерный мудак. Мне очень нравится, когда другие завидуют тому, что у меня есть.

– Дай мне секунду, чтобы привести их в порядок. – Я ушла в ванную и пригладила волосы. Мне в самом деле больше нравились распущенные волосы. Когда я вернулась, Грэм взял обе мои руки в свои.

– Ну как, цвет совпадает?

– Да. Оттенок очень близкий, тебе так не кажется? – Я поднесла кончики волос к лифу платья. Два зеленых цвета были практически одинакового оттенка.

– Я говорил не о платье.

– О! Нет. Спасибо тебе за «Бетти», но занавески не подходят к ковру.

– Какой позор.

Я фыркнула.