Все твои грязные секреты

– Хорошие новости. Мои предки уедут из города на эти выходные. – Он показал на себя обеими руками. – Повеселимся у меня в эту пятницу.

– Отлично. – Они с Робби стукнулись кулаками.

Саша явно воспряла духом, ее глаза снова заблестели.

– У тебя есть выпивка? Я подумала, после прошлого раза твои родители заперли свои запасы.

– Ага, заперли. Нужно будет добыть где-то еще.

Я прокашлялась, обрадовавшись, что у меня снова появилась возможность влезть в разговор.

– Если не выйдет, всегда можете устроить ночь настолок или еще что-нибудь в том же духе. Знаете, как это прикольно? – Я уже собиралась назвать «Яблоки к яблокам», свою любимую настольную игру, но решила, что есть вариант получше. – «Карты против человечества». Могу одолжить вам колоду.

– Когда последний раз мы проводили ночь настолок? – спросила Саша. – Сколько нам там было, двенадцать?

Она смеется надо мной или предается ностальгии?

– Мне нравятся «Карты против человечества», – Робби улыбнулся мне, у него на щеках появились ямочки. – Так что я «за». – Его улыбка была ужасно заразительной, и я поняла, что улыбаюсь в ответ.

Зейн стукнул Робби кулаком в плечо.

– Отстой!

– Да ладно тебе, – отмахнулся Робби. – Лучше, чем сидеть и пялиться друг на друга. – Зейн пожал плечами и снова сосредоточился на своем телефоне. Робби пододвинул свой стул поближе ко мне и ткнул пальцем между мной и Прией. – Вам обеим стоит прийти. Сами принесете эту колоду.

О. Боже. Мой. Робби Нельсон только что пригласил нас на вечеринку. Мое сердце пропустило ударов двадцать. Наверное, я чуть не умерла.

– Конечно! Мы свободны, – сумела выговорить я.

– Отлично.

– Думаю, нам не следует слишком сильно напиваться. – Саша показала на Эми и Марию. – Не забывайте, в субботу мама повезет нас смотреть «Призрака оперы».

– На Бродвее? – спросила я. – Обожаю этот мюзикл. Он такой печальный.

– Ее сестра бросила университет, чтобы стать балериной, – пояснила Эми, показывая на Сашу, и теперь она дублерша примы…

– Может, не будем говорить о моей идеальной сестре прямо сейчас? – Саша закатила глаза. – Хватит с нас того, что нам предстоит пресмыкаться перед ней все выходные.

– По крайней мере, нам разрешат пройти за кулисы, – сказала Мария.

Саша кивнула.

– Верно. Парень, который играет Призрака, такой классный. – Промотав несколько фотографий в телефоне, она наклонилась вперед и показала мне изображение темного, задумчивого Призрака.

– О боже, я так вам завидую, – произнесла я. – О, и кстати… раз уж зашла речь о мюзиклах… – Мое сердце бешено колотилось, но момент и правда был подходящий. – У меня есть для вас вопрос. Насчет школьной постановки. Ну, той, которая весной. Я подумала, может, вам поставить пьесу с оригинальной музыкой?

– С чего бы? – спросила Мария, словно защищаясь. Ей всегда достаются главные роли, так что она, наверное, возненавидит эту идею. Но убедить мне нужно не ее, а Сашу. Она режиссер, именно она будет помогать мистеру Норрису, руководителю школьного театрального клуба, выбирать пьесу.

Я с трудом сглотнула.

– Я была бы очень рада написать саундтрек для весенней постановки. Полностью оригинальный.

– Ух, серьезно? – спросила Саша. – Но для этого придется столько работать…

– Пожалуйста, выслушайте меня. – Я облизала губы. Наверняка Саше непременно нужно собрать хорошее портфолио, чтобы попасть в один из вузов Лиги Плюща. Так что я знала, с какой стороны зайти. – Если ты поставишь пьесу с оригинальной музыкой, которую исполнит живой оркестр, твое резюме станет более впечатляющим, чем если бы там значилась постановка какого-то бродвейского мюзикла.

– Возможно, – хмыкнула Саша. – Но ведь будет столько проблем с организацией…

– Саша, успокойся, – сказал Робби. – Дай ей закончить.

Он ободряюще улыбнулся мне. Странно ли то, что мне хочется броситься ему на колени? Наверное.

Но я преследовала конкретную цель. Я глубоко вдохнула и сосредоточилась на Саше.

– Я сама напишу всю музыку, основываясь на твоих ремарках, и организую оркестр. Мистер Торренте уже согласился.

– Ты считаешь, что сможешь написать целый мюзикл? – Мария наморщила лоб, скрестив руки на груди. – Типа, сама?

– Не мюзикл. Это будет пьеса с оркестровым саундтреком.

– Черта с два, – возразила Мария.

Но Саша сидела молча, скрестив руки, глядя куда-то между мной и Марией.


– Нам даже не нужно придумывать что-то полностью оригинальное, – продолжала я. – Можем взять «Трамвай „Желание“» или «Ромео и Джульетту» и положить на новую музыку.

– Даже не думай, – сказала Мария.

– Это отличная идея. Великолепная, правда. – Саша покачала головой. – Просто понадобится слишком много усилий.

Я разочарованно выдохнула.

– Но ты режиссер. Разве ты не хочешь создать что-то уникальное?

– Мне жаль, – ответила Саша. В ее голосе послышалась неуверенность. – Но у нас не получится. – Она посмотрела на Марию, которая с облегчением откинулась на стуле.

– Но…

– Она же сказала «нет»! – воскликнула Мария.

– А что, кто-то объявил ее королевой вселенной? – Слова вырвались, прежде чем я успела их обдумать.

О боже. Что я наделала?

Мои щеки покраснели, а Саша нахмурилась, наклонила голову и, прищурившись, посмотрела на меня. Мария удивленно открыла рот. Прия выглядела так, будто у нее вот-вот случится припадок. Но Робби, кажется, впечатлился, а Эми явно с трудом сдерживала смех. Даже Зейн наконец оторвался от телефона.

Через секунду – которая казалась вечностью, нарушая все законы физики, – Саша запрокинула голову и расхохоталась. Остальные последовали ее примеру.

– О боже! Видела бы ты свое лицо! – наконец выговорила Саша, вытирая глаза мизинцами – осторожно, чтобы не размазать тушь.

Я выдавила нервный смешок, сжав на коленях дрожащие пальцы. Саша облокотилась о спинку стула, уперев язык в щеку, и оценивающе посмотрела на меня. Может, ее впечатлило, что я возразила ей, в то время как остальные только подлизывались.

Когда все притихли, Робби сказал:

– Ну же, Саша. Думаю, это хорошая идея. Все равно никто не хочет ставить «Пока, пташка!».

– Это правда, – согласилась Эми. – Эта пьеса – полный отстой.

Саша подняла брови.

– Ты же утверждала, что тебе нравится «Пока, пташка!»?

Эми немного отодвинулась назад на своем стуле.

– Ну… я вроде как соврала. Извини.

– Ладно, – произнесла Саша. – Мне действительно нравится «Ромео и Джульетта». Такая мрачная и романтичная история. Так что я за этот вариант.

Ух. Может, и правда все получится? Робби заговорщически мне подмигнул, и надежда расцвела в моем сердце.

– Ага, думаю, будет весело, – сказала Мария, которую все это явно не убедило. Мне стало неловко из-за того, что лишаю ее возможности спеть. Зато она сможет сыграть великолепную Джульетту.

– Можно я буду Ромео? – спросил Зейн.

Робби фыркнул.

– Приятель, ты ж даже не в театральном клубе.

Прозвенел предупредительный звонок. Саша встала и повесила на плечо свою большую прямоугольную сумку.

– Ладно, ладно. Давайте все обсудим. Но нам нужно убедить остальных участников театрального клуба… ведь все любят Бродвей. – Она щелкнула пальцами. – Но у меня есть идея.

– Какая? – сердце чуть не выпрыгнуло у меня из горла.

– Я приглашу их в пятницу на вечеринку к Зейну. Будет круто, если ты сможешь принести немного выпивки. Ну, знаешь, чтобы они расслабились. Уверена, они тебя хотя бы выслушают.

Мои внутренности словно сжались в тугой узел.

– Выпивку? Вы хотите, чтобы я принесла алкоголь на вечеринку? – Понятия не имею, где вообще берут алкоголь.

– Если принесешь текилу, вообще отлично.

– Или водку, – ухмыльнулся Зейн. – Без марки тоже сойдет, мы не особо разборчивы.

Мы с Прией встревоженно переглянулись.

– Но… у меня нет поддельного удостоверения или чего-то вроде этого. – Я встала и побрела за ними. – Где мне вообще взять выпивку?