Жажда

Я мигом очутился у двери и откинул щеколду.

Полицмейстер выглядел растерянным и злым. Не дожидаясь приглашения, он прошел в комнату, снял фуражку и бросил ее на комод.

– Кто на этот раз? – спросил я, закрыв дверь.

Полицмейстер мотнул головой и ответил:

– Не знаю! Она не из наших мест.

– Значит, опять женщина.

– Да.

– Почему вы так уверены в том, что она не из Кленовой рощи?

– Я знаю всех, кто здесь живет. Такая у меня служба.

– Понятно. Когда обнаружили тело?

– Два часа назад. В лесу около часовни. Я распорядился оградить это место и ничего там не трогать. Подумал, может, вы захотите посмотреть, – проговорил Армилов и окинул скептическим взглядом мой наряд.

– Само собой. Нашли какие-нибудь улики, орудие убийства? Чем, кстати, ее убили?

– Не знаю. Похоже на предыдущий случай. Сквозная рана в области сердца. Видимо, убийца забрал оружие с собой.

– Где доктор Мериме?

– Отправился на место преступления. Сказал, что ему нужно осмотреть тело.

Я кивнул и сказал:

– Мы с вами тоже поедем.

– Сейчас?

– Да.

– Хорошо. Тогда одевайтесь. Я подожду вас в экипаже на улице, – заявил Армилов, взял фуражку и вышел.

Я быстро собрался, не забыл сунуть во внутренний карман сюртука револьвер и отправился следом. Меня охватило возбуждение. Еще бы! Новое убийство, причем в день моего приезда в Кленовую рощу. Теперь я имел возможность вести расследование по горячим следам.

Перед входом в гостиницу стоял полицейский экипаж, запряженный парой лошадей. Они вяло переступали с ноги на ногу и прядали ушами, отгоняя назойливых мух. Уж этих-то летучих тварей ничто не берет.

Полицмейстер увидел меня и помахал рукой. Я подошел, сел в экипаж напротив него, поставил рядом с собой саквояж, в котором находились инструменты для сбора и обработки улик. Не такие изощренные, как у Мериме, но весьма полезные.

Армилов хлопнул кучера по спине, тот взмахнул хлыстом, свистнул, и мы покатили.

Во время этой поездки Кленовая роща опять показалась мне весьма живописной. То тут, то там попадались довольно милые садики, пусть и тронутые засухой. Большинство зданий было построено из дерева, но встречались и каменные. На перекрестках стояли колодцы. Возле них судачили бабы в легких платках и свободных кофтах. Они опирались на коромысла и провожали взглядами наш экипаж. Армилов галантно приподнимал фуражку за козырек. Похоже, он пользовался у местных жителей определенной популярностью, так как женщины отвечали ему поклонами и приветливыми улыбками.

Вообще же людей на улицах было мало. Кое-где на лавках сидели унылые крестьяне и жевали соломинки либо курили, бегали босые дети в длинных рубахах, две старухи вышли во двор и стояли, положив локти на край забора.

Если бы не жара, засуха и убийства, то Кленовая роща сошла бы за вполне благоденствующий уголок Российской империи, хотя и не райский, конечно.

Через некоторое время экипаж выехал из деревни и покатил между деревьями, густо разросшимися по сторонам дороги. Все они выглядели какими-то уродливыми и убогими. Это даже несмотря на то, что преобладали тут ели и сосны. Их иголки, пожелтевшие от засухи, сотнями осыпались на землю и дорогу от малейшего дуновения ветерка. Сбивали их и птицы, присевшие на ветки.

Мне пришло в голову, что виновата в этом не одна только засуха. Вероятно, почва в Кленовой роще была нехороша, не родила стройных деревьев. Клены, дубы и березы производили не самое веселое впечатление. Их перекрученные стволы были покрыты наростами, смахивающими на злотворные опухоли, ветви невообразимо загнуты. Так вот криво, косо и жалко могло бы выглядеть южное дерево, выросшее вдруг на суровой северной почве.

Поневоле я пришел к выводу, что поспешил с мнением о здешних местах. Кленовая роща была перевертышем, в котором хаотично сочетались русские пейзажи, привычные глазу, и готическая мрачность немецких сказок.

– Далеко до часовни? – спросил я.

– Еще около версты, – ответил Армилов, какое-то время помолчал, потом добавил: – Я вам так скажу, господин Инсаров: голову даю на отсечение, это дело рук цыган!

Я досадливо поморщился.

– Бросьте. С чего вы взяли?

– Точно вам говорю! – В голосе полицмейстера звучала убежденность. – У них здесь недалеко табор, а ведь это народ темный, дикий. Они наверняка решили провести какой-нибудь свой варварский ритуал. Я трижды писал в Петербург, предлагал разорить их дьявольское гнездо, но там у вас, похоже, считают, что я перебарщиваю, – Армилов зло усмехнулся. – Попомните мои слова, господин следователь: это сделали цыгане! Те еще кровопийцы. Хотите пари? – добавил он вдруг. – На пять рубликов.

Я отрицательно покачал головой. Во-первых, я почти никогда не играл, потому что боялся азарта. Во-вторых, эскапада Армилова произвела на меня крайне неприятное впечатление. Если здесь, в Кленовой роще, мне придется столкнуться с фанатической ненавистью начальника местной полиции к цыганам, то это может существенно затруднить ход расследования.

– Вы уверены, что не хотите сделать ставку? – осведомился он.

– Да, господин Армилов, – сухо ответил я.


Полицмейстер пожал плечами и проговорил:

– Как угодно. А жаль. Но все равно, вот увидите, я окажусь прав. Я давно слежу за этой компанией и знаю о ней ой как немало. Если хотите, потом расскажу прелюбопытнейшие истории.

– Непременно. – Я согласно кивнул и осведомился: – Что-нибудь противозаконное?

Полицмейстер усмехнулся в усы и проговорил:

– Кабы так, я бы их давно арестовал. Нет, это хитрые бестии, их голыми руками не возьмешь! Они словно чуют, что я за ними приглядываю. Все же кое-что узнать мне удалось. Но об этом позже, господин следователь.

Я пожал плечами, не понимая, к чему такая таинственность. Что мог раскопать Армилов? К собственной досаде, я был заинтригован.

– Скажите, вы хорошо знаете Бродкова? – спросил я, решив сменить тему, а заодно выяснить кое-что относительно личности лесника.

Полицмейстер кивнул. На его лице появилось удивление.

– Вы что, его подозреваете?

– А вы разве нет?

Армилов пожал плечами и ответил:

– Не думаю, что старик способен на убийство. Да и зачем ему это?

Я не собирался приводить полицмейстеру свои доводы. Меня интересовало, правду ли сказал Бродков. Действительно ли он покидал Кленовую рощу лишь для того, чтобы принять дела у прежнего лесничего.

– Он когда-нибудь уезжал надолго из деревни? – спросил я.

– Помнится, ему пришлось побывать в Петербурге, когда он заступал на должность, – ответил, немного подумав, Армилов. – Его не было около недели.

– А до этого?

– Я несколько лет отсутствовал – служил в армии. Так что не могу сказать. А зачем вам это?

Мне казалось, что полицмейстер сочтет смехотворными мои подозрения, но я все-таки решил озвучить их:

– Могло ли быть, что Бродков покинул Кленовую рощу на несколько лет, а вернулся вместо него другой человек?

– Вы это серьезно? – Армилов посмотрел на меня с искренним удивлением.

Я кивнул.

– Я уверен, что это тот же самый человек, который рассказывал нам в детстве разные байки, – сказал полицмейстер. – Но, если хотите, можно справиться в архиве. Это несложно. Если Бродков уезжал надолго, там это должно быть отмечено.

– Буду вам признателен, – проговорил я.

В это время справа от дороги показались могильные кресты. Большинство деревянные, но попадались и каменные. Почти все они покосились и посерели от времени. Иные даже были разбиты. Похоже, никто не ухаживал за кладбищем. Мне странно было видеть подобный беспорядок, ведь я уже решил, что Армилов тщательно следит за всем в Кленовой роще.

Вдоль дороги тянулась невысокая деревянная ограда, местами совершенно развалившаяся.

– Почему кладбище выглядит таким неухоженным? – спросил я у полицмейстера.

Тот махнул рукой и ответил:

– Это старая часть, здесь уже много лет никого не хоронят. Родственники тех, кто тут лежит, сами давно умерли. Новые могилы на другой стороне, ближе к реке.

В глубине, за деревьями, виднелись небольшие каменные строения, напоминающие домики или беседки.

– Откуда здесь склепы? – спросил я.

– В Кленовой роще раньше жили несколько дворянских семей, они владели большинством здешних земель.

– Что с ними стало?

– Разорились. Некоторые вымерли. Были и те, которые уехали за границу. Потом земли были переданы Горошкову, и он начал строить дорогу на Выборг. После этого многое изменилось. Кленовая роща постепенно стала такой, какой вы ее видите. Мне бы хотелось, чтобы убийца был пойман как можно быстрее. – Армилов серьезно взглянул на меня и добавил: – В этом я готов помогать вам в любое время дня и ночи.

– Где находится усадьба Горошкова?

– В пяти верстах от Кленовой рощи. Сейчас там живет только вдова со слугами.

– Вот как?

– Граф умер позапрошлой осенью. Грудная жаба. Большая потеря для нас.