Бабье лето

– Очень оптимистично! – рассмеялся он. – А выглядишь на миллион!

Она усмехнулась.

– Слушай, а ты Мишку Гальперина не видела? – озабоченно спросил Влад.

– Да вон твой Гальперин с Васильевой чего-то трет, – кивнула на соседний столик Зойка. – Все правильно – деньги к деньгам, – добавила она.

Влад встал, оглянулся и направился к соседнему столику. Ирина видела, что там произошла бурная встреча – Машка повисла на Владе, Влад обнимался с Гальпериным. Она отвела взгляд.

Официанты стали разносить горячее.

Ирина отказалась:

– Мне, пожалуйста, кофе.

Она выпила кофе и пошла в курилку. На улице начиналась метель. Медленно и красиво кружил разноцветный снег, подкрашенный яркими лампочками, освещавшими ресторан.

– А говорила, что не куришь! – услышала она голос за спиной.

Она обернулась.

– Странно, что ты помнишь, – удивилась она.

Он кивнул:

– У меня хорошая память.

Она вспомнила выпускной и смутилась. Он это заметил.

– А ты, Ирка, красоткой стала, хотя была обыкновенная девица.

– Да брось ты, – отмахнулась она.

– Ну, знаешь, бросай не бросай… Ну а вообще как дела? Расскажи про свою жизнь, – попросил он.

– А тебе правда интересно? – усомнилась Ирина.

– Ты меня знаешь, я бы из вежливости не спросил. Просто не спросил бы – и все.

Она, слегка покраснев, начала излагать легенду, тщательно продуманную Дашкой.

Влад подытожил услышанное:

– Да, оба твоих мужа оказались слабаками. Не потянули тебя. Бизнес успешный. Выглядишь роскошно. В общем, молодец, Ирка. Да и неудивительно, что ты в делах преуспела. Ты человек с начинкой. А за твою личную жизнь я не переживаю. У такой женщины, как ты, ее просто не может не быть.

– Тебе виднее, – сказала Ирина, и они оба рассмеялись. – Ну, а как у тебя? – спросила Ирина. – Процветаешь помаленьку?

– Помаленьку, – кивнул он. Ну, не рассказывать же все подробности бывшей однокласснице! – Слушай, а пойдем в зал, – предложил он. – Потанцуем.

– Да я вообще-то собиралась слинять, – призналась Ирина.

– Слиняем, – кивнул он. – Попозже и слиняем. Мне только Гальперина надо заловить и потрясти немножко.

Они вернулись в зал. Гальперин танцевал с Динкой. Та картинно откидывала голову и громко хохотала.

– Неужели он приехал из-за этих посиделок? – удивилась Ирина.

– О чем ты? – усмехнулся Влад. – Гальперин – большой человек. У него серьезный бизнес. Очень серьезный. Здесь он зажигает, расслабляется. А девки млеют. Не каждый день с американским миллионером приходится танцевать. Даже Динке и Машке.

– Ну что, пойдем и мы потопчемся? – улыбнулся он. – Вспомним, так сказать, годы золотые. – Он подал Ирине руку, и они вышли на танцпол.

Влад в танце вел уверенно и неспешно. Ирине захотелось закрыть глаза и положить голову ему на плечо. Заметив, что он внимательно на нее смотрит, она страшно смутилась и покраснела. И еще порадовалась тому, что в полутемном зале этого не видно. Танец – увы! – закончился, и Влад проводил ее до столика. Уходить совсем расхотелось. За стол он не сел, а растерянно оглядывался, ища глазами Гальперина.

– Извини, – сказал он и решительно пошел отлавливать Мишку.

Она видела, что он наконец Гальперина вытащил и сел с ним на диване в углу зала.

А веселье продолжалось. Машку Васильеву кто-то под руки вывел из зала. Было видно, что она здорово набралась.

– Злоупотребляет, – уверенно сказала Зойка.

– Ты думаешь? – засомневалась Ирина.


– Сто пудов. Они от хорошей жизни часто с катушек съезжают.

Динка обходила столы. Красовалась. Подошла и к их столику. Обворожительно улыбаясь, задавала вопросы, которые ей были явно по барабану.

– Шикарно выглядишь! – сказала она Ирине. – Тебя просто не узнать!

Это означало: «Надо же, была серой мышью, а превратилась в человека».

Наконец Динка отчалила.

– Звезда, блин, – прокомментировала Зойка.

Ирина посмотрела в сторону Влада. Он по-прежнему, опустив голову, сидел на диване и внимательно слушал Мишку.

Было понятно, что Гальперин учит его жизни. Гальперин всегда был умницей и занудой одновременно. Еще говорили, что у него железная задница и что женился он совсем неплохо – взял девочку из богатой одесской семьи. В общем, неудивительно, что у него все сложилось. У таких, как он, обычно все получается.

Ирина встала, попрощалась с Зойкой и Ванькой и направилась к выходу.

– Куда ты? – удивился Ванька. – Еще торт будет и мороженое!

Не оборачиваясь, Ирина махнула рукой.

Она вышла на улицу. Метель уже улеглась, и земля была покрыта свежим, ярким снегом. Ирина остановилась и глубоко вздохнула. Вокруг была такая тишина и красота, что хотелось плакать. Она медленно побрела к метро.

Мама открыла дверь и удивилась:

– Уже?

Ирина кивнула и начала раздеваться.

– Надо отнести Дашке шмотки, – сказала она.

– Успеется, – ответила мама. – Дашка твоя укатила с друзьями на дачу. На три дня. Сказала, что будет звонить. Любопытная – жуть.

– Мам, – попросила Ирина, – завари чайку, пожалуйста! А я пока в душ.

Она долго стояла под теплой, почти горячей водой, и постепенно ее начало отпускать. Она завернулась в большой махровый халат, надела теплые носки и зашла на кухню.

– А на ужин у нас что? – спросила Ирина.

Мать всплеснула руками:

– Ничего себе, человек час назад из ресторана. Что, невкусно было?

– Наверно, вкусно. Только есть не хотелось. Я же не Ваня Рыженко.

Мать спросила:

– Борщ будешь?

Ирина кивнула. Мать налила ей полную тарелку борща с куском мяса, положила туда большую ложку сметаны и покрошила укроп.

– Божественно! – простонала Ирина. – Никакой ресторан с тобой, мамуль, не сравнится!

– Ну, может, расскажешь? – с обидой спросила мать. – Как, что? Или ты думаешь, что мне не интересно?

– Да никак, мам. Никто меня особо не удивил. Динка выпендривалась, Машка нажралась. У Ваньки, по-моему, булимия. Зойка от него тоже не отставала. И еще трещала, как заводная. Милочка молчала и краснела. Аленка была тиха, скромна и полна достоинства. Гальперин учил всех жизни. Имеет право – миллионер. Ресторан шикарный, еда вкусная. Танцы до упаду.

Про Влада говорить почему-то не хотелось.

– Все? – спросила мать.

– А ты ждала чего-то другого? – с раздражением отозвалась Ирина. – Что меня прямо оттуда на тройке в загс повезут?

Мать обиженно отвернулась к мойке и стала мыть посуду.

– Извини! – Ирина чмокнула мать в щеку.

Та вздохнула:

– Какие уж тут обиды…

На следующий день, притащившись с работы, Ирина поужинала, надела пижаму и легла с книжкой на диван. Мать зашла в комнату и протянула Ирине телефонную трубку.

– Тебя! – испуганно сказала она.