Деревня драконов

– Ниже не получится, – сказал дракон.

– Ты оказался слабым? – съехидничала Куки.

– Сил у меня хватит, – спокойно ответил Теодор, – но у дуба есть предел прочности. Если я поднажму, то сломаю его.

– Ну и пусть падает, – заявила Куки, – нам меньше хлопот, Марсию ловить не придется.

– Если думать только о собственном удобстве, то другому можно навредить, – заметила Зефирка, – дуб-то рухнет, но вместе с ним шлепнется и сестричка. Ее придавит. Поэтому растянем плед. Тео, потряси ствол.

Листва зашевелилась, показалась Марсия, она висела на ветке, вцепившись в нее всеми лапами.

– Эй, прыгай! – велела Куки.

– М-м-м, – промычала Марсия.

– Марсинька, – нежно завела Зефирка, – разожми коготки. У нас прекрасное, нежное, очень качественное одеяло. Мне его подарил белый боксер Фил. А уж он-то знает толк в вещах. Фил торгует постельными принадлежностями.

– Боюсь, – долетело из листвы, – очень высоко.

Жози, Мафи и Зефирка стали наперебой уговаривать лучшего парикмахера Прекрасной Долины.

– Мы тебя поймаем, – уверяла Жози.

– Не волнуйся, – подпевала ей Мафи.

– Одеяло очень прочное. Никогда не порвется.

– Ты худенькая, не толстая, как я, а плед даже меня с легкостью выдерживает, – твердила Зефирка.

– Тео, да тряхни ты дерево посильнее, – не выдержала Куки, – Марсия и свалится.

Зефирка взглянула на Куки.

– Дорогая, ты не права. Неужели тебе никогда не было страшно?

– Я, когда по мосту неслась, чуть не скончалась, – призналась Жози, – так жутко стало!

– Но ты отправила Куки часть своей переправы, – воскликнула Мафи.

– Мне стало ее так жалко, – шмыгнула носом Жозефина, – аж до слез. Они из глаз покатились, начали на мост капать, и он стал раздваиваться. Часть у меня осталась, а часть у Куки, которой добрых дел не хватало.

– Жози, Мафи! – возмутилась Зефирка. – Очень некрасиво напоминать Куки о страшных минутах ее жизни и о том, что она мало хорошего сделала.

– Мне кажется, что если сам побывал в беде, то и чужое несчастье потом как свое воспринимаешь, – произнесла Мафи.

– Марсюша, – крикнула Зефирка, – даю тебе самое честное мопсиное слово: ты приземлишься в одеяло. Разве я тебя когда-нибудь обманывала? Ответь!

– Нет! – простонала Марсия. – О-о-о… лапки соскальзывают. А-а-а!

Хлоп! И Марси обрушилась прямо в центр пледа.

– Ура! – запрыгала Мафи. – Вот видишь! Мы тебя поймали.

– Зефирка никогда не врет, – ликовала Жози, – она прыгала в этот плед из нашей мансарды, он отлично ею испытан на прочность.

Черная мопсиха заморгала.

– Жози! Мне даже в страшном сне не привидится, что я занимаюсь прыжками из окна третьего этажа! Кто тебе про меня такую глупость сказал?

– Так ты сама только что заявила Марсии: «Ты худенькая, не толстая, как я, а плед меня с легкостью выдерживает», – процитировала Жози. – Значит, ты в него сигала из окна.

– И при чем тут рыба? – задала свой вопрос Мафи.

– Какая рыба? – окончательно растерялась Зефирка.

– Сиг, – пояснила Мафи. – Давно, когда я жила в мире людей, была никому не нужной бездомной собакой[5], одна женщина угостила меня консервами «Сиг в томате». Вкуснее той рыбы я ничего не пробовала!

– Это тебе от голода так показалось, – деловито заметила Жози, – сейчас понюхаешь банку и вмиг удерешь. И консервы в томате не полезная штука. Муля их никогда никому из нас есть не разрешает.

– Мафи, я ни слова не сказала про рыбу, – продолжала удивляться Зефирка.

– Жози о ней упомянула, – заявила Мафи, – я отлично ее слова запомнила, она процитировала тебя: «Плед меня с легкостью выдерживает». Потом добавила: «Значит, ты в него сигала из окна». Скажи, Зефирка, с какой целью ты рыбой сиг в томате из мансарды швырялась?






Зефирка закатила глаза.

– Вот вам пример распространения слухов! Все всё криво поняли и стали дальше свои версии озвучивать. Жози! Я не выскакивала с третьего этажа! Да, сказала: плед меня с легкостью выдерживает. Но это не означает, что прыгала в него. Я на нем лежу! И он не проминается. Мафи, «сигать» – это глагол! Синоним «прыгать». Жози! Не хочу сказать, что «сигать» плохое слово, но лучше говорить: прыгать, выскакивать, вываливаться. Как-то так.

– Никакое одеяло не порвется, если на нем просто спать, – заметила Куки. – Зефирка Марсии зря пообещала, что плед ее выдержит.

– Совершенно не зря, – прокряхтела Марсия, – вот она я, живая, здоровая, слегка помятая, лапы трясутся, уши заледенели, хвост повис, в остальном все прекрасно.

– Надо спешить в соляные копи, – напомнил Тео.

– Это кто сказал? – не сообразила Марсия.

– Теодор, – пояснила Жози.

– Не знаю его, – удивилась Марсия.

– Тео дуб наклонял, – пояснила Мафи, – чтобы ты могла прыжок совершить.

Марсия встряхнулась.

– Не видела собаку, она в ветвях пряталась, я в тот момент думала лишь об одном: как бы не упасть!

– Тео, покажись, – попросила Зефирка.

Послышался хруст ветвей.

– Дракон! – ахнула Марсия и упала без чувств у лап Куки.

Зефирка схватила свой рюкзак.

– Спокойствие! Я все лекарства взяла! Сейчас приведу Марсюшу в чувство, и поспешим спасать остальных.





Глава 19

История Деревни Драконов




– Какая дверь! – ахнула Жози. – Из чего она сделана?

– Особая сталь, рецепт ее создания утерян, – пояснил Теодор, – соляные копи открыли несколько тысячелетий назад, дверь с той поры не меняли.

– Она как новая, – восхитилась Зефирка.

– Древние драконы обладали могучим умом, – пояснил Тео, – ранее они дружили с жителями Прекрасной Долины.

– А почему же сейчас похищают нас? – возмутилась Куки.

Теодор пошевелил крыльями.

– Прежде драконы помогали всем, охотно делились своими знаниями. Существовали школы, где драконята, котята, щенята сидели рядом за партами. Но когда к власти пришел Роджер, произошли ужасные изменения. Роджи ленивый, ему неохота ни о чем думать, он не заботился вовремя об урожае, запасе воды, зерна. В прежние годы существовали Плантации Фруктов, Драконьи Поля, где работали собаки-кошки-хомяки, они получали хорошую зарплату и одновременно учились у драконов. Вся медицина Прекрасной Долины основана великим крылатым змеем Марком, который открыл школу для врачей. Но, повторяю, с восхождением на трон Роджера ситуация резко изменилась. Когда правитель ленивый, любит вместо работы устраивать пиры, танцы, то и его ближайшее окружение ведет себя так же. У приближенных к Роджеру драконов есть семьи, сыновья-дочери стали брать пример с отцов, которые каждый день веселились во дворце. А у детей есть друзья… Вирус лени разлетается мгновенно. Со временем в Деревне Драконов стало голодно. И понятно почему! Драконы перестали отдавать жителям Прекрасной Долины зарплату, поругались с ними. Правда, некоторые драконы пытались восстановить мир. Например, Зиновий, он потребовал от Роджера прекратить пиры и взяться за работу. Но у него ничего не вышло. На полях никто не трудился, они превратились в Пустыню Мрака. Плантации Фруктов превратились в леса.

– Поэтому у вас так много диких яблок, слив, груш, малины, – сообразила Куки.

– Ты права, – согласился Тео, – это напоминание о щедрых садах, коих ныне и в помине нет. Спустя время жители Деревни окончательно разучились работать, растеряли знания, не умеют читать древние книги. Появилось поколение глупых, жадных, ленивых драконов. Но они не утратили один свой талант: нюх на злые слова и скандалы. В давние-давние времена предки крылатых змеев, учуяв из Прекрасной Долины вонь чьей-то ругани, вмиг мчались в дом, откуда исходил смрад. Крикливую, истеричную кошку, собаку, черепашку, хомяка моментально перевозили в Деревню и отправляли слушать курс лекций о добре, любви, терпении. Домой житель Долины возвращался другим. Благодаря таким мерам в Прекрасной Долине навсегда исчезли распри. А Роджер решил использовать нюх драконов для иных целей. Теперь, если кто-то начинает швыряться злыми словами, его уволакивают в Деревню, бросают в копи и заставляют добывать соль. А потом ее продают. Деньги падают в казну Роджера и в карманы его приближенных. Простое население живет бедно, голодает.

– У вас есть и лес, и река, почему жители не хотят заняться сбором ягод и грибов? – удивилась Зефирка. – Или у вас их нет?

– Полно, – кивнул Тео, – есть очень вкусные шишки елесмородины, из них раньше варили варенье. Да много чем можно заняться.

– Так почему вы бедствуете? – воскликнула Жози.

– Лень, – пояснил Теодор, – и знания потеряны. Только один дракон по имени Зиновий, я о нем уже упоминал, живет в крепком доме, имеет большой огород, собирает ягоды. Его жена плетет корзины. Дети занимаются ремонтом, чинят всем крыши, заборы. Вот они в полном порядке. Лапы у них ловкие, головы светлые. Все обитатели Деревни мечтают пристроить своих драконят в услужение к Роджеру. А Зиновий, когда Правитель хотел его старшего сына своей правой рукой сделать, заявил: «Нет. Ищи себе другого прислужника. Не желаю, чтобы мой сын набрался в твоем дворце плохих замашек». Зиновий громко при всех говорит: «Нужно помнить свою историю, чтить заповеди предков. Они нам завещали много работать, читать книги, постоянно обучаться, дружить с соседями. Все наши беды от неуважения к мудрости старших». Один раз Роджер решил бросить Зиновия в тюрьму, обвинил его в измене. Но дети, внуки, все домочадцы сильно побили стражников. Воины Роджера могут только несчастных жителей Прекрасной Долины мучить, они давно растеряли боевые навыки.