До и после

– Это зубной протез, который носят на конкурсах.

– Откуда ты знаешь?

– Мне Марабелль рассказала.

Мисс Вики услышала наш разговор.

– О, Марабелль была лучшей, самой-самой лучшей ученицей нашей школы. Она трижды становилась первой красавицей в конкурсе «Идеальные лица». Я была так счастлива, когда она решила поработать с нашими девочками. – Мисс Вики понизила голос. – Некоторые родители усомнились, что в нынешнем положении она может служить для девочек хорошим примером, но я заявила, что ни в коем случае не откажу своей лучшей ученице. В любом случае наши малютки не знают, откуда берутся дети, так что какая разница?

– Так. – Марабелль хлопнула в ладоши. – Теперь давайте продефилируем в купальниках.

Мы остались тут на целое занятие, наблюдая за дефиле в купальниках и танцевальными номерами. Признаться, меня все это слегка смущало. А Фостер ни на что не обращал внимания: он не сводил глаз с Марабелль. И пару раз, как мне показалось, она даже улыбнулась в его сторону. Это было ужас как странно.

– Спасибо, что присоединились. – После того как пятилетки разбежались, Марабелль проводила нас до двери.

– Тебя подвезти домой?

– Нет-нет, сейчас будет еще одно занятие.

Я с надеждой посмотрела на Фостера, но тот отвернулся, уставившись на дорогу.

– Э-э… Спасибо, что пригласила, – сказала я. – Это было очень… интересно.

Марабелль бросила быстрый взгляд на Фостера.

– Увидимся в школе, – проговорила она после недолгой паузы, а потом вернулась в здание.

Я не удержалась и толкнула Фостера.

– Ты чего?! – завопил он.

– Ты почему ничего не сказал? Она же так этого ждала!

– Я не знал, что говорить.

– Фостер, ты обычно не затыкаешься ни на минуту.

– Я растерялся.

Очередное напоминание о том, как мало я знаю о Фостере.

– У тебя когда-нибудь была девушка?

– Конечно.

Мы сели в машину.

– Серьезно?! – Я вытаращила глаза.

– Ага. Мы с ней целовались и все такое.

– Врешь.

– Не вру! А у тебя был парень?

– Конечно.

В восьмом классе я встречалась с Кайлом Моррисом. Теперь он играет на цимбалах в школьном оркестре.

– И вы с ним целовались и все такое?

– Фостер.

Он внимательно посмотрел на меня:

– Ты еще девственница?

– Да! – взвизгнула я. – И не говори, что ты – нет, иначе я съеду в кювет.

Фостер только рассмеялся.

Тем вечером я отправила Эзре список вопросов. Я начала письмо с «Привет!», но потом решила, что восклицательный знак выглядит чересчур восторженно. Я набрала «Привет», но это показалось мне слишком угрюмым. Потом я написала: «Дорогой Эзра», стерла, закрыла крышку ноутбука, зажмурилась и задумалась: с каких это пор мне стало важно, как я приветствую Эзру Линли? Я вновь подняла крышку и набрала: «Эзра, вот вопросы от Рейчел. Ответь, когда сможешь. Девон». И отправила, не прикрепив сам список.


Буквально через пару минут после того, как я действительно послала ему вопросы, мне пришел ответ. Эзра поменял тему письма на «Кажется, Рейчел Вудсон меня ненавидит». Я улыбнулась. Само сообщение гласило: «Скоро отвечу».

Затем я уселась на кровати и начала с трудом пробираться сквозь задачки по алгебре, но через некоторое время мне снова пришло уведомление. Я не могла поверить своим глазам: Эзра ответил на все дурацкие вопросы Рейчел. И не кое-как – это были серьезные, вдумчивые ответы от человека, который знает, о чем говорит.

Закончив читать, я откинулась на подушки. Эзра был, вне всякого сомнения, лучшим футболистом нашей школы. Да что там, его назвали одним из лучших игроков страны среди школьников. Интересно, каково это – так ясно понимать, что тебя ждет? Каково обладать талантом и страстью, которые определяют твое будущее? Все это казалось мне таким необычным и удивительным… И в то же время я чувствовала себя потерянной.

Эзра не посылал заявок в университеты, его и так везде ждали с распростертыми объятиями. А что я? Никто не обрывал мне телефон. И почему? Я бы не назвала себя ленивой. Я всегда выполняла то, что от меня требовалось. Обводила нужные варианты ответа в тестах. Не опаздывала. Успешно сдавала все экзамены. Но я… Я не была Эзрой. У меня не было таланта. Или упорства в работе, которое могло бы заменить талант. А у него, видимо, было и то и другое.

Я написала: «Спасибо» и поставила улыбающийся смайлик. Он ответил: «Нет проблем» с таким же смайликом. Я едва не рассмеялась: если он хотел поставить смайлик, похожий на него самого, стоило выбрать тот, что с поджатым ртом. Потом я вспомнила об алгебре, пообещала себе учиться лучше и вернулась к задачкам.





15




– Ты с ним поговорила?

Рейчел Вудсон летела по школьному коридору, лишь слегка притормозив рядом со мной. Видимо, намекала, что я должна пройтись с ней.

– Что-что?

Она яростно набирала что-то в своем мобильном.

– С Эзрой. Ты провела с ним интервью?

Провела с ним интервью. В устах Рейчел вся эта затея казалась гораздо более солидной, чем на самом деле.

– Ну, вообще да…

– И почему еще не отправила мне?

– Э-э, он прислал мне по почте… м-м-м… развернутые ответы на самые… э-э… значимые вопросы. Мне еще нужно скомпоновать их с живым интервью.

А теперь я заговорила так, чтобы эта затея казалась солиднее, чем на самом деле.

– О. Ясно.

Вроде бы прокатило. Я решила этим воспользоваться:

– Кстати, Рейчел…

– Да? – Она продолжала бешено стучать пальцами по экрану.

– Ты не могла бы… Ты случайно не поможешь мне с поступлением? Ну там… Не посмотришь мое заявление? Мне бы не помешали твои советы…

Она на мгновение подняла глаза на меня:

– У меня сейчас очень плотный график.

А я-то не догадывалась.

– Знаю. Просто… Ну, очевидно, что ты больше всех знаешь о поступлении, и я решила: если уж просить кого-то о помощи, то тебя.

Я не знала, как Рейчел относится к лести, поэтому сразу пошла ва-банк.

– Во сколько вузов ты подаешь документы?

– Пока только в один.

Судя по ее виду, будто это были самые грустные слова, которые она когда-либо слышала.

– Я еще подумаю насчет других, – быстро добавила я. – Но этот… Он хороший. Ридингский университет.

– Ты правда хочешь туда поступить?

– Ну… да.

Она подняла бровь.

– Да, – сказала я с большей уверенностью, хотя для этого не было никаких оснований.