Семья

Майя от неожиданности отдернула руку и жалобно обернулась.

– Я что, не могу поухаживать даже за своим братом?

– Вот и ухаживай. А поварешкой работать тут есть кому. Лучше сама поешь. Ведь со срыва ничего в рот не брала, – заявила Лера под одобрительные взгляды оставшихся в кабинете.

Майя сердито проследила, как тарелка с бульоном опустилась перед Лютиком. Тот, уже с изменившимся настроением и с веселым недоумением, наблюдал происходящее и явно ждал разъяснений.

– Тут из меня пытаются настоящую леди сделать, – пожаловалась та в поисках его поддержки.

Брови брата удивленно приподнялись, и он скептически осмотрел ее.

– И как? Получается? – поинтересовался он вдруг прямо у Леры.

– Не очень, – честно призналась та, опуская чашку чая перед своей подопечной. – Но мы стараемся.

– Безнадежно, – неожиданно просветил тот. – Даже мама отказалась.

Майя сердито замахнулась, но у Лютика оказалась отличная реакция, и подзатыльник только взъерошил волосы на макушке.

– Ешь давай. Я тут у него сочувствия ищу, а он ехидничает.

Майя резко осеклась, увидев, как парень перехватывает ложку поврежденными пальцами.

– Не обращай внимания, это я во время побега, еще первого. Сорвался в подземном городе и раскроил ладонь. Наверно, заразу занес.

– Ты бежал из дворца через подземный город? – тут же переключилась Майя.

– Ага. Помнишь закладку папы? Я ее нашел. Только она уже пустая была. А вокруг шныряли тени. Я сначала подумал, что меня ищут. Но оказалось каких-то двух девчонок. Пришлось уходить. Там меня и словили тогда, а потом передали графчику.

– Это меня ловили. – Майя от возбуждения даже поперхнулась глотком чая и поспешно поставила чашку обратно на блюдце.

Лютик философски пожал плечами. Для него это был всего лишь неприятный и полузабытый эпизод.

– Разминулись, значит. Надо было мне сорваться раньше. Ты, похоже, тогда недавно ушла. Тени очень сердитыми были. Из-за моего побега такого переполоха не было. Ты с кем бежала? Вроде других рабов во дворце не было.

– Я тогда принцессу в заложницы прихватила. – Хмыкнула Майя. Сидящая на диване девушка, одетая так же, как и сестра, только весело кивнула, подтверждая ее слова в ответ на вопросительный взгляд мальчишки.

– У-у, а я не догадался. Думал, одному уйти легче. Расскажешь, как это у тебя получилось? Тебя же к ней не пускали.

Вирт заинтересованно приподнял бровь. А мальчишка-то неплохо осведомлен о жизни сестры в тот период.

– Конечно, но потом. Сначала поешь. И только в обмен на твои рассказы. Сколько у тебя побегов?

– Пять, – не без гордости заявил мальчишка, охотно опуская ложку в суп. На свидетелей разговора ни он, ни Майя совсем не обращали внимание. – Последний вот опять неудачно закончился. Хотел в лес уйти, но не успел. А из-под щита куда уйдешь?

Лютик говорил, не переставая работать ложкой, и не видел, как у зрителей вытянулись лица.

– За щит поэтому попал? – Майя осталась внешне спокойной. Только Иллис заметила, с какой силой она сжала тонкую ручку ни в чем не повинной чашки.

– Не-а. Тут вообще веселая история. – Лютик благодарно кивнул служанке, заботливо подлившей бульон в тарелку. – Меня там скульпторша собиралась на первую операцию тащить. Перехватила, когда я уже в коридоре был. Я понял, что по-другому мне не уйти. И решил прихватить ее с собой. В общем, спихнул ее сверху лестницы. С нею барон был, так я ему колено выбил, копытом. Помнишь удар копытом, что отец нам показывал?

– Конечно. – Майя неотрывно смотрела на брата.

– Тогда я маленьким был. А сейчас он у меня получился. Ты бы слышала, как этот барон верещал. Жаль, не сломал ему ногу. Только чашечку выбил. А то, что ее прибил, совсем не жалею. Если надо, пусть судят. – Лютик с вызовом осмотрелся и растерянно захлопал глазами, не обнаружив ни возмущения ни осуждения на лицах окружающих.

Иллис даже сочувственно опустила руку и пожала ладошку Лютика.

– Как его зовут? Рингли? – вкрадчиво поинтересовался приблизившийся Вирт. – Он ушел из замка за несколько дней до штурма.

– Ну да. – Мальчишка весело кивнул. – Только не сам ушел, ему пришлось помощью воспользоваться. А так бы ползал не хуже меня. Я уверен.

Вирт молча кивнул и поспешно вышел через кабинет в приемную. Адила заметила, как к нему подскочил Альнар и, выслушав что-то, поспешно исчез.

– Мне надо отойти, – вдруг спохватилась Майя. – Умыться и кое-что сделать. Лера, на Ильку я не надеюсь, проследи, чтобы она ему не давала пирожных, пока все не доест.

– Хорошо. – Лера охотно кивнула и строго посмотрела на смущенного мальчика.

Тот неохотно вынул вторую руку из-под стола и осторожно положил пироженку, которую неизвестно как успела подсунуть Иллис.

Та, ничуть не раскаявшись, улыбнулась.

– Ты, между прочим, и сейчас не прочь только ими питаться.

– То я. А Лютику нужно нормально питаться, – нравоучительно заявила Майя.


Лера покосилась на открытую дверь в кабинет императрицы, но там уже старательно делали вид, что заняты чем-то важным и совсем не обращают внимания на происходящее в гостиной. Правда, народу в кабинете оказалось больше, чем обычно. Да и дверь никто не закрывал. Майя решительно выскочила в кабинет, не глядя на присутствующих, почти выбежала в приемную, начав что-то втолковывать секретарю.

– Она всегда была такая серьезная. И все время пыталась командовать. – Лютик, послушно работая ложкой, с откровенным интересом косился на вазочку с пироженками, одно из которых у него отобрали. Потом задержался, захваченный какой-то мыслью, и встревоженно обернулся к стоящей Лере. – А тут сильно наказывают?

– Что? – Лера переглянулась с Иллис, но та тоже недоуменно посмотрела на чем-то встревоженного мальчика.

– Ну, она же вышла не поклонившись, даже без разрешения. Это ведь, наверно, неуважение. В замке двух свободных девушек наказали при мне. Очень сильно.

– Ты не отвлекайся. – Лера мягко отодвинула вазочку и постаралась через силу улыбнуться. – Майя поручила нам проследить, как ты поешь. И ссориться с твоей сестрой здесь никто не будет. Тем более наказывать. Ты же видишь, никто даже внимания не обратил.

– Точно, тут скорее напугаются, если она кланяться начнет. После такого во дворце обычно у всех настроение портится, – совершенно серьезно заметила Иллис, а потом проказливо хихикнула, что-то вспомнив.

– Да, этот принц говорил, что Майя живет в покоях принцессы, – вспомнил Лютик. – А самой принцессы не видно. Это ее покои?

Сбоку снова хихикнули. А Лера, покосившись в ту сторону, решила ответить.

– Для начала это покои императрицы, ее гостиная. Покои ее высочества сейчас приводят в порядок. А принцесса вообще-то сидит рядом с тобой и опять пропихивает тебе пироженку.

Лютик недоуменно посмотрел на соседку, гордо задравшую нос к потолку. Руку от подвинутой пироженки она все-таки отняла.

– Ну да, я то самое высочество. Майка меня тоже так зовет, когда сердится. А ты ешь, не отвлекайся. А то пирожных мало достанется. Майка все слопает.

Лютик неловко поерзал. Но потом вернулся к главному занятию.

Майя обернулась быстро. Весело устроилась на своем месте и, схватив пироженку, потянулась к остывшей чашке. Лютик только покосился на девушек и невольно ухмыльнулся.

– Я с Индерским связалась. Он сейчас подойдет, – заявила сестра и тут же обратилась прямо к брату: – Это главный врач здесь. Пусть осмотрит тебя. Хорошо?

– Да пожалуйста, мне не жалко. Если ты ему доверяешь.

Лютик удивленно посмотрел на вспыхнувший портал, из которого выходил Макс. Происходящие события не способствовали улучшению его самочувствия. Но о Лютике уже гудел весь двор. Вызов своей коллеги от Альтери он не собирался игнорировать. Но все же для начала предпочел осмотреть именно сестру. И только успокоившись на ее счет, обернулся к сидящему мальчику. Макс даже не отвел глаз, разглядев сквозь маску его изуродованное лицо. Только скептически хмыкнул.

– Резали насквозь? – деловито уточнил он.

– Один раз пробили, вот тут. – Лютик ткнул пальцем в щеку ближе к уху. – Графчик сильно ругался. Она язык подрезала, было много крови.

Макс запустил свой портативный анализатор и начал осмотр.

– Ну, все не так страшно, как могло показаться вначале, – наконец нарушил он тишину через полчаса. – Дело поправимое. Потребуется время, возможно несколько операций. А потом задействуем комбинацию из поля и средств регенерации. Есть повреждения внутренних органов. Наверно, часто били?

– Ага. Особенно когда ловили, – буркнул недовольно Лютик. Он вдруг заметил, что кроме сестры за осмотром наблюдает еще целая куча народу.

– Не страшно. Не понял, как тебе легкие повредили?

– Так это не они. Атмосфера бездны, что за расколом кислотной оказалась. Ею и пожгло, – пояснил мальчишка, как будто речь шла о каком-то веселом приключении.

– Вылечим. Вот со шрамами сложнее. Потребуется время, да и задействовать придется опять-таки поле.

– У меня есть деньги, – тихо произнесла Майя. Иллис только зашипела на нее.

– Убирай все, – прозвучал резкий голос Адилы от закрытых дверей кабинета. Она быстро подошла и осмотрела всю компанию. – Макс, все счета мне на стол. И этой занозе не вздумай показывать даже.

Майя, вполне справедливо рассудив, кто именно тут сегодня заноза, возмущенно вскинулась, но заговорить не успела.

– И не шипи тут, – пресекла все ее попытки Адила. – Деньги тебе еще пригодятся. Другие семьи уже подают претензии на компенсацию. А такие, как вы, даже не заикнетесь. Хоть имеете на это не меньше оснований. Знаю, что ничего от меня не примешь, так что и спрашивать не стану.

Майя растерянно замерла. Ее выручил аккуратный стук в дверь, и из кабинета вышел Гиндзорский.

– Ниэла Майя, я уверен, что эту возможность вы никому не захотите уступить. – С этими словами он протянул ей тонкую полупрозрачную пластинку, так похожую на ту, что когда-то держала в руках ее подруга.

Сглотнув, она схватила ключ и обернулась к замершему с высоко поднятым подбородком Лютику. Осторожно поднеся пластинку к месту, где должен был быть замок, аккуратно провела по ошейнику в направлении шунта.

Тихий щелчок возвестил об отключении поля. Ошейник распался сам, упав ей на руки. Она растерянно посмотрела на него и брезгливо отбросила. Гиндзорский поспешно его подхватил и, сломав посередине, аккуратно завернул в заранее подготовленную ткань.

– На всякий случай, – пояснил он всем свои действия. – Чтобы больше не исчез.

Все обернулись на тихий, радостный смех. Лютик смеялся. Счастливо потирая шею, он восхищенно смотрел на сестру.

– А помнишь, что ты мне обещала в той каморке под крыльцом, когда нас привезли на служебный двор?

Майя через силу улыбнулась и кивнула.

– Ты пообещала, что снимешь с меня ошейник, даже если для этого тебе придется самой стать принцессой. Я всегда верил, что ты выполнила бы обещание, будь живой.