Синий вирус любви

Орла недоверчиво рассматривала меня.

— А я думала, с тобой он такой же тиран и деспот, как и с нами.

— По моим впечатлениям, он удав-тихушник. Медленно и незаметно обвивает тебя кольцами, не успеешь и опомниться, задушит.

— Кошмар какой! — Подруга передернула плечами.

На плоксторе раздался вызов, посмотрев на имя, попросила Орлу оставить меня.

— В каюте мне даже Стоун разрешил оставаться одной, так что дай поговорить с папой. Иди повидайся с Маркусом.

— Не уверена, что он не на выезде. Но так и быть, секретничайте. Мне и правда лучше скрыться с глаз долой. Чем меньше начальство про тебя помнит, тем лучше.

Едва за подругой закрылась дверь, скомандовала:

— Принять вызов, спроектировать изображение.

Отец был мрачен и встревожен.

— Ты нарушил запрет? — первое, что спросила.

— Слышал, в командировке возникли проблемы.

— Обо всем, что произошло, Стоун тебе доложил, но сейчас он на карантине, и ваша связь, видимо, прервалась.

Отец молча ждал. Ну что ж, доложим вместо полковника. И я терпеливо поведала про последнее происшествие.

— Это самая ужасная экспедиция за последнее время, — прокомментировал он новости.

— Форс принял решение продлить ее. Из-за непредвиденных обстоятельств мы не укладываемся по срокам, поэтому домой прилечу позже, чем предполагалось.

— Мама будет очень «рада», — мрачное в ответ.

Можно было бы заметить, что «сам виноват», но родителям надо оказывать почтение, поэтому я просто подавила смешок и ничего не сказала. Иногда молчание бывает красноречивее любых слов.

— И в кого ты такая противная? — поморщился он.

Что-то в последнее время этот вопрос слышу все чаще.

— Не могу сказать. Я не сильна в генетике, но могу поговорить с коллегами, если тебе очень нужно, — предложила и даже не улыбнулась.

В данной ситуации это подвиг.

— Стоун на тебя определенно плохо влияет, — прищурился отец.

— Зато прекрасно защищает. Нельзя не отметить его профессионализм.

— Только это и утешает. Не натворите там ничего больше, — напутствовал батюшка.

— Я буду стараться, за планету и остальных членов экспедиции гарантий не дам.

— Выпорю, — пригрозил генерал.

— Поздно уже.

— Что?!

— Говорю, время позднее, пора спать. Пока, папа, — и, не дав ему ответить, отключила связь.

На чем я там прервала просмотр фильма?..





Глава 10




Выезд на третий объект




Есть на этой планете зоны, в которых не спасают даже защитные костюмы, поэтому приходится надевать тонкие скафандры. В них и перемещаться то еще удовольствие, а уж работать…

— Почему источники находятся в таких экстремальных условиях? То жара, то холод…

Посмотрела на драга — от холода он стал немножечко синее.

— Вы не пробовали включить подогрев скафандра? — спросила, пытаясь сделать замеры.

Руки, которые из-за дополнительной защиты стали в два раза больше, отказывались что-либо держать.

— Включил. Однако в автокаре гораздо теплее. И еще есть опасность, что разрядятся аккумуляторы. Мы здесь довольно долго, — намекнул на время полковник.

Приближался вечер, из-за темного времени суток его работа сильно осложнится.

— Понимаю, но ускориться не могу, есть шанс испортить работу, и труды всего дня пропадут даром. — Я все пыталась ровно воткнуть прибор в землю.

А еще щупы крепить.

— Тогда не стоит торопиться, — согласился Стоун. — Оценив все наши объекты, прихожу к мнению, что черви на первом были не так уж плохи.

Подумав, я замотала головой.

— Нет.

Драг улыбнулся. Даже учитывая его замкнутость, молчать около семи часов кряду устанешь. В нем говорило предубеждение из-за карантина, хотя его выпустили одним из первых, а я протестовала против червей, которые хотели нас сожрать. И все же день был прекрасен: надоедливый Уин все еще в изоляторе, а работа, несмотря на сковывающий движения скафандр, потихоньку продвигалась.

Тем не менее Стоун прав, нужно спешить. Почти стемнело, не хотелось бы ночью столкнуться с местными формами жизни. Мы, конечно, справимся, но к чему риск?

Драг вон только вылез из карантина. Орла рассказала, что персонал чуть не вешался во время его пребывания там и при первой же возможности радостно распрощался с безмолвным, но весьма непростым Стоуном.

А если я туда попаду? Или меня ранят? Папа взбесится, мама сровняет его кабинет с лицом земли. Я любила обоих родителей, а стресс в их возрасте вредит здоровью.

— Виктория, что это? — В голосе драга чувствовалось напряжение.

Перепуганная тоном полковника, вскинула голову и увидела нечто необычное. Потребовалось некоторое время, чтобы понять, чему мы стали свидетелями. По темному небу неустойчиво переливалось разноцветное мерцающее сияние. Кто хоть раз его видел, никогда не забудет.

— Не переживайте. Такое явление возникает из-за взаимодействия атмосферы с потоком заряженных частиц, или более привычно — солнечным ветром. Не путайте с потоком фотонов.

— Не сказал бы, что понял…

— Потоки фотонов — солнечный свет. Эта планета ведь тоже вращается вокруг звезды. Кстати, у нее много общего с Землей. Климат, конечно, так себе, но виды энергии схожи. То, что мы с вами наблюдаем, называется северным сиянием. В зависимости от того, через какие разреженные газы (аргон, азот, неон) проходит электричество, небо светится по-разному. Удивительно, правда?

— Если вы так говорите… — с сомнением ответил Стоун.

Мы редко наблюдали за окружающим ландшафтом в темное время суток. В это время белая земля и серебристая природа будто преображались, переливаясь красками. Если во Вселенной и существует магия, то она находится здесь.

— Я закончила, пора собираться, — сообщила полковнику и принялась складывать оборудование.

— Очень рад этому факту. — Стоун взялся помогать мне. — Не знаю, насколько наши миры схожи с этим местом, но оно постоянно преподносит сюрпризы, поэтому я предпочитаю находиться под защитным куполом. Хотя бы ночью.

— Вы не романтик, — я не смогла удержаться от укола.

— Военные часто имеют дело с опасностью, и даже тот романтизм, что был в нас, быстро дохнет. Поэтому вы правы, совсем не романтик, — равнодушно подтвердил драг.

Иногда я сомневалась, способен ли испытывать чувства Алек Стоун — выдержанный, спокойный и волевой даже в критических ситуациях. Нормально ли это для гуманоида? Надо же как-то выражать эмоции. Может, ему помогают тренировки?

В размышлениях я незаметно для себя собрала оборудование, и мы двинулись в обратный путь. Как же хотелось скорее добраться до базы, которую про себя уже называла домом! Каникулы во время карантина совсем меня избаловали.

— Сколько еще до станции? — спросила, поежившись.

Скафандры разрядились, когда мы еще складывали оборудование, а в северной части материка в ночное время температура далека от комфортной. Драг заметил мои ужимки и прибавил температуру в кабине.

— Еще минимум два часа. Это один из самых отдаленных объектов, даже при нашей скорости дорога довольно дальняя.

— Хорошо, что работа на нем окончена, больше ехать не придется. Как же тяжело на еще не обжитых планетах, — устало заметила я.

— Так всегда было. Сначала люди осваивали континенты, потом системы. Теперь вот все дальше и дальше колонизируем космос.

В машине воцарилось уже привычное молчание. Каждый думал о своем, автопилот нес нас по пересеченной местности, рассекая ночной мрак. Периодически над нами пролетала какая-то живность, заставляя вздрагивать. Но ночная жизнь нам не мешала, она шла своим чередом. Иногда мирно, иногда не очень.

И только я подумала, что хоть в этот раз все прошло спокойно, как сработал закон подлости, единственный незыблемый во всех уголках Вселенной. В космоавтокар ударилось крупное животное, упавшее сверху, в ту же секунду стекло входной двери разлетелось, засыпав лицо осколками.

Машина резко остановилась, заставив тела по инерции вписаться в панель управления, — повезло, что не перевернулись. Грудная клетка от удара болела, и я старалась облегчить боль, отдышавшись. Воздух приятно холодил, позволяя прийти в себя.

— Виктория, вы как? — Стоун, развернув меня к себе, всматривался в лицо.