Сыщик на арене
Часть 8 из 23 Информация о книге
– Тут явно какое-то недоразумение… Мои приятели взволнованно говорили наперебой. После того как в Луна-отеле случился весь этот кавардак, туда приехали полицейские и забрали клоуна, нацепив на него наручники. Нас же закинули в грузовичок и отвезли обратно в цирк, поэтому теперь мы снова все вместе сидели в клетке. – Это не может быть правдой! Боже мой, oh my God! – простонала О’Нелли. – Что же теперь будет с нами? – В каком смысле? – не понял я. – Ну подумай сам, – заблеяла она. – Балотелли не сможет быстро найти замену Чарли. А нет клоуна – нет шоу! – Никакого шоу… – проскрипел Ромео. – …никакого зерна, – добавила Джульетта. – И все в приют! – грустно пискнул Флойд. – Ну-ну-ну, – решил утешить их я. – Давайте не будем поддаваться панике. Все наверняка быстро разрешится. Если Чарли невиновен, полиция это выяснит. Хотя, конечно, иногда ее для этого приходится слегка подтолкнуть в нужном направлении, подумал я. – А что, если нет? – опасливо проворчала Пат. – Если нет… – тут я откашлялся, чтобы придать весомости своим словам, – то на этот случай у вас есть я! Все уставились на меня в растерянности. – Ты? – спросил Бартоломео, нервно расхаживавший взад-вперед снаружи у клетки. – Что ты имеешь в виду? Я снова откашлялся: – Ну, в общем, дело в том, что я не просто кот. Я еще и детектив. Причем довольно успешный, позвольте это упомянуть… – Детектив?! – Паташон зашелся в лающем смехе, упал на пол и стал кататься из стороны в сторону. Не могу представить, что такого смешного нашла тут эта глупая дворняга. Ну да что с него взять – таковы уж псы. Незамысловатые создания. – Детектив! – подтвердил я. – Дома, в Гамбурге, я со своей командой уже раскрыл несколько преступлений. – С командой? – недоверчиво повторил Паташон. – Именно, – сказал я. – Вместе с моими друзьями – Кирой, Паули и Томом. Иногда нам помогает и бабушка, но она у нас скорее вроде ассистентки. По большому счету можно сказать, что я глава этой компании. Знаю-знаю – наверное, я немножечко преувеличил, но в общем и целом, думаю, нам и правда удается раскрывать дела в первую очередь благодаря моему чутью. По глазам, носам и кончикам клювов участников цирковой труппы я видел, что они так до конца мне и не поверили. Классический случай метания бисера перед свиньями, подумал я и даже начал уже немного обижаться. – Well, если это и правда так… – ирландская чертовка взглянула на меня с сомнением, – то какой у тебя план? План? Какой план? Ах ты святой кошачий лоток, теперь еще и план нужен! Наверное, все же не стоило так высовываться. Я откашлялся и заговорил, растягивая слова: – Ну… стало быть… для начала нужно сформировать общую картину и ответить на пять главных вопросов. – Пять главных вопросов… – почтительным эхом отозвался Флойд. – И что это за вопросы? – уточнила О’Нелли. – Кто, что, как, где и когда! – выпалил я как из пистолета. – Кто причастен? Что случилось? Как именно? Где и когда все произошло? Флойд от удивления даже рот раскрыл, сраженный столь убедительным подтверждением моего профессионализма. Но тут в разговор снова вмешалась О’Нелли: – Звучит, конечно, хорошо. Но ведь все это нам уже известно. Причастен Чарли. Были украдены дамские сумочки и телефоны, и случилось это на вечернем представлении в Луна-театре. Ха, вот я тебя и подловил, коза ты этакая! – В том-то и дело, что известно далеко не все! – сказал я, вытянувшись в полный рост. – Ведь все мы верим, что Чарли не вор. Значит, преступником должен быть кто-то другой. А еще мы не знаем, как именно этот кто-то украл ценные вещи. Произошло ли это во время шоу? Или еще до его начала? Или в антракте? – я торжествующе взглянул на О’Нелли. – Но как же ты, будучи котом, собираешься это выяснить? – проблеяла она. – Это ведь решительно невозможно! – Именно! – поддакнула ей Пат. – Решительно невозможно! – Уж поверьте, – загадочно промяукал я, – я непременно что-нибудь придумаю. Ага, вот уже и придумал! Слушайте! И без лишних церемоний я для начала назначил всех участников труппы своими ассистентами. – Так ты хочешь сказать, что мы все теперь – помощники шерифа? – спросила О’Нелли. – Да, что-то вроде того, – кивнул я. – А скажите-ка, кто из вас лучше всех здесь ориентируется? Все взгляды устремились на Бартоломео. – Я, – подтвердил кот. – Вечерами после шоу я люблю гулять по парку и ловить мышей. – Очень хорошо, – сказал я. – Значит, сейчас ты снова пойдешь прогуляться, только вот мышей на этот раз придется оставить в покое. – Вот как? – вид у Бартоломео был весьма разочарованный. – Именно так! – подтвердил я. – Вместо этого ты послушаешь, о чем говорят люди в парке. Может быть, удастся что-нибудь выведать. А лучше сбегать еще и в гостиницу, чтобы и там немножко осмотреться. – В поисках чего? – в недоумении уставился на меня Бартоломео. – Всего, что покажется подозрительным! – Ясно, шеф! – ответил кот и был таков. – Для тебя, Флойд, – повернулся я к обезьяне, – у меня тоже есть задание. Ты ведь запросто можешь выбраться из этой клетки, верно? Флойд проворно подскочил к двери, просунул свою маленькую ручку между прутьями решетки и ловко отодвинул засов. – Нуль проблемо, – сказал он. – Прекрасно! Тебе нужно заняться тем же, что и Бартоломео, но только здесь, в цирке. Нам нужно знать, о чем говорят между собой артисты. Возможно, у кого-то из них появились подозрения, которые могут подтолкнуть нас к разгадке. Понятно? – Понятно! – сказал Флойд и исчез. – Well, а нам что делать? – нетерпеливо проблеяла О’Нелли. – Мы останемся здесь и будем удерживать позицию, – распорядился я. – Если еще кто-то уйдет, это будет слишком заметно. А у нас ведь тут, в конце концов, секретное расследование. На лице моей собеседницы отразилось разочарование. Но делать нечего – если еще и эта коза сейчас куда-то поскачет, мы себя сразу же обнаружим. Ведь О’Нелли, в отличие от Флойда, не заметить практически невозможно, даже если крепко зажмуриться. Казалось, с тех пор как эти двое ушли, прошла целая вечность. Первым объявился Флойд. Совершенно ошарашенный, он едва мог говорить и прямо захлебывался от волнения. – Вы не поверите, – пропищал он, – Чарли вернулся! – Так значит, все в порядке, напрасно волновались, – буркнул Паташон. – Я так не думаю, – возразила обезьянка. – Полицейские привели его обратно и сказали, что он не должен покидать парк до завершения расследования! – И что же это… – начал Ромео. – …означает? – закончила Джульетта. Все посмотрели на меня. – Видимо, – объяснил я, – они все еще подозревают Чарли, однако не могут ничего доказать. Поэтому с него взяли подписку о невыезде – так называется распоряжение, чтобы он все время был у них под рукой, если вдруг понадобится. – Бедный Чарли! – запричитал Флойд. – Балотелли тут же вызвал его к себе и отругал на чем свет стоит. Он, мол, создает проблемы, а Балотелли проблемы ни к чему. Люди теперь будут думать, что в цирке орудуют воры, и никто больше не придет на представление. – И что Чарли на это ответил? – поинтересовался я. – Он все повторял, что это не он, что он не вор и ни в чем не виноват. А под конец даже заплакал. Мы растерянно переглянулись. – А еще что-нибудь тебе удалось выяснить? – спросил я. – Не-а. – Флойд с сожалением пожал плечами. – Конечно, среди цирковых эти кражи – тема для разговоров номер один. Но все совершенно сбиты с толку и никто понятия не имеет, как это случилось. Все сходятся лишь в одном: Чарли тут ни при чем! Я задумался. Добытые Флойдом сведения не особенно помогли продвинуться в расследовании, они лишь подтвердили то, что мы и так предполагали – клоун не вор. Но почему же полиция не верит Чарли? Ведь алиби у него есть – он участвовал в представлении. Известно ли им что-то такое, что неизвестно нам? Известно ли им вообще хоть что-нибудь – или они зацепились за Чарли только из-за отсутствия других подозреваемых? Ход моих мыслей был прерван мяуканьем. Бартоломео тоже вернулся с вылазки. И вот ему-то удалось разузнать кое-что действительно интересное. – Представьте себе! – воскликнул он. – Оказывается, эти кражи были не первыми. В парке только и разговоров что о карманниках, которые в последнее время вовсю тут орудуют, а полиция никак не может их поймать! Но знаете, что хуже всего? – тут он ловко вставил драматическую паузу, и я подумал, что у этого пройдохи даже мне есть чему поучиться – напряжение он создал такое, что мы не дыша замерли в ожидании.